Прекрасное далеко - Андрей Коткин

крышу, и не подумаешь, что тут столько места. Ну, понятно, дом стоит на склоне, что там выстроено дальше, в заросшей яблонями и грушами низине, глядя поверх забора с воротами со стороны улицы, находящейся на небольшой возвышенности, не особо-то и разглядишь.

— Трофейное. Пра-пра-прадед из Берлина привез, — просто и совсем без апломба, хотя и с небольшой ноткой скрытой гордости охарактеризовала суккуба старинное высоченное трюмо с виноградными гроздями и ангелочками, вырезанное из какого-то практически черного дерева, заметив, что я им заинтересовался. — Только вот зеркало в последнее время тускнеть начало.

И таки да, несмотря на все эти вот вполне человеческие эмоции, это была именно суккуба, теперь я был абсолютно в этом уверен. Опять же, понасмотрелся уже немного на беззаветно преданные лица миньонов. Вот точно такие же, как у Мишки Манакова, когда он смотрел на эту самую Татьяну.

— Михаил, Евгений, вы нас подождите, пожалуйста, в соседней комнате, нам нужно чуточку переговорить между нами, девочками, — вдруг, как у себя дома, принялась распоряжаться моя подруга. И, что самое удивительное, и я сам, и Манаков, все это время сжимавший кулаки и смотревший на нас, с Наташкой, исключительно враждебно, и даже сама суккуба, вдруг беспрекословно ее послушались. Правда, чтобы Манаков на время покинул женское общество, ему дополнительно еще потребовалось подтверждение от его госпожи. Еле заметного даже не кивка, а его мимолетного обозначения вполне хватило.

И таки, каждое принятое нами решение имеет свою цену (в данном случае в виде бездны безвременно почивших нервных клеток), — именно эту фразу я припомнил, когда напряженный, словно охотничий пес возле медвежьей берлоги, топтался возле самого входа в комнату, из которой нас отправили, пытаясь расслышать хотя бы тень отзвука от происходящего в комнате по соседству. А звуков все не было, и голосов тоже не было слышно, и я уже перебрал в уме все самое плохое, что только могло приключиться с моей безалаберной спутницей и проклял себя за это.…Похоже, что и Манаков испытывал очень похожие чувства. Он даже на время коситься в мою сторону перестал. Смотрел неотрывно в одну точку, прямо посередине входа в запретное для него в этот час помещение.

А потом вновь отворилась дверь в комнату, где мы страдали, и Наташка с выглядывающей из-за ее плеча Татьяной милыми звонкими голосками попросили нас на выход. Ну, или на вход. Та комната, в которой высокие договаривающиеся стороны вели свои секретные переговоры, оказалась столовой. И электрический чайник к моменту завершения этих самых переговоров как раз вскипел.

— Жуйков, ты не мог бы в этой своей конторе попросить у своего начальства об особом отношении к Татьяне? — Задала вопрос Наташка, когда мы вдруг, сам не понял как, оказались чинно рассажены за круглым столиком, и нам в чашки был налит горячий, очень ароматный чай с травами и сушеной малиной. И еще печенье курабье, мое любимое! Невольно поймал себя на мысли, что существо, имеющие столь сходные со мной вкусовые пристрастия, не может именоваться вселенским злом.

— В смысле? — Недопонял я, чуть не подавившись как раз откушенной в этот момент рассыпчатой печенюшкой. Признаться, я-то ожидал совсем другого. Не со стороны Немкиной, конечно, но просьб не замечать случившееся, оставить их в покое.

— Я не хочу никого убивать, — подняла от чашки с чаем в мою сторону свои изумительно красивые глазища Татьяна, — но мои проснувшиеся инстинкты просто-таки требуют от меня действий по моему усилению. Мне нужна помощь.

— Хм… — признаться, я всего лишь подыскивал слова, чтобы сообщить о своем совсем незначительном весе в принятии решений подобного рода, но, очевидно, суккуба восприняла мою заминку, как попытку подобрать слова для отказа ей в ее просьбе, потому зачастила словами в попытке моего убеждения:

— Клянусь, я буду послушной. Ведь от моих действий в конечном итоге всем выйдет одна только польза. Те ребята, у которых я отщипнула только по ма-аленькому кусочку праны, совсем даже не пострадали почти, а зато они, благодаря моему воздействию, получают пусть мизерный, но вполне реальный шанс на активацию Системы. Даже М-способности, при наиболее благоприятном стечении обстоятельств смогут получить.

— Получить М-способности?.. — Повторил я, словно эхо, сильно поразившие меня слова этой красавицы. Ну, да, тот же Сашка Громов, кажется, за полгода общения мне уже все уши прожужжал, как он мечтает получить точно такие же сверхспособности, как у его родителей.

Хм, а ведь я даже как-то не задумывался, откуда все те специалисты, столь активно в последние годы начавшие развитие совершенно новой отрасли человеческих возможностей, смогли вдруг приобрести способности, ранее встречавшиеся у представителей рода Хомо сапиенс лишь исключительно в сказках. Ну, не могли они все, как один, убивать демонов. Авторитетно заявляю: не такое это простое дело. Тем более для записных ботаников, каковыми кажутся многие из хотя бы шапочно знакомых мне М-специалистов. Ну, не бойцы они, ей-ей, не бойцы.

И таки эти наши вполне мирные, но в чем-то очень напряженные переговоры оказались внезапно прерваны. Как-то я, видя перед собой потенциально смертельно опасное существо, совершенно упустил из виду, что суккубы — не просто демоны, во плоти заявляющиеся на нашу Землю через порталы, они рождаются в обычных человеческих семьях. Вот представительница этой самой семьи, точнее мать Татьяны, и явилась домой после закончившейся вечерней смены.

— Ой, у нас гости! — Очень громко, хоть и с приветливой улыбкой посетовала она. — А я даже ничего к столу не купила. Что ж ты меня дочка не предупредила, что ждешь гостей?

Надо ли говорить, что после такого пополнения за столом наши переговоры завершились очень быстро. Мы, с Наташкой, разом засобирались домой. Ну, и Манаков также принялся натягивать верхнюю одежду. Судя по недоверчивым, но крайне решительным взглядам в мою сторону, он явно собрался за мной проследить. Ну, или поговорить без свидетелей, что тоже было ничуть не исключено.

И уже в коридоре я все же кивнул напряженно вглядывающейся в меня молодой хозяйке этого дома:

— Не сомневайся, Таня, все, что нужно я до своих командиров доведу. Как выскажу и свое личное мнение, что ты не представляешь угрозы для обычных граждан.

Все же дружной компании на обратном пути не получилось: Манаков практически сразу же демонстративно перешел на другую сторону улицы и, притормаживая, чтобы не обогнать, принялся нас преследовать. Ей-ей, ощутил себя актером из какого-то совсем уж бесталанного фильма о жизни шпионов. Впрочем, нам же лучше.