Путешественник - Е. Юань

вонзались в образовавшуюся брешь, не давая ни секунды передышки.

Хрясь!

Черепная коробка Гилхиса не выдержала и с тошнотворным треском разлетелась на куски. Обнажившийся мозг, испещренный глубокими, смоляно-черными извилинами, превратился в сплошное, сочащееся гноем месиво.

Жизненная аура «Мясника», чья голова стоила баснословные 9500 фунтов, начала стремительно таять. Он так и не смежил веки перед смертью — банально потому, что уже лишился обоих глаз.

Его исполинская туша дергано, словно подкошенное дерево, грузно осела на пол. Клейн, чеканя шаг, приблизился к поверженному врагу и плавно выставил вперед левую ладонь.

В самом центре перчатки тут же с влажным звуком разверзлись два кроваво-красных, хищных глаза.

Комнату мгновенно окутал пронизывающий до костей, могильный сквозняк. Эфирное тело «Мясника» Гилхиса вкупе с его Потусторонней характеристикой, клубящейся подобно густому черному туману, с истошным воплем затянуло в недра «Ползучего голода», намертво пригвоздив к одному из пустующих пальцев.

Вскоре перчатка вновь налилась непроницаемой чернотой. Вот только на сей раз этот мрак был поистине глубоким и первозданным: казалось, будто мириады крошечных, однотонных точек наслаиваются друг на друга в бесконечном, мерзком копошении.

Прислушавшись к новым ощущениям на пару секунд, Клейн с дикой смесью легкой досады и искреннего ликования направился к усеянному битым стеклом окну.

В процессе «выпаса» души Гилхиса он успел мысленно разложить по полочкам, какими именно паранормальными талантами жаждет разжиться, а каких предпочел бы избежать. Самым нежеланным гостем в этом списке числилось пресловутое «Предчувствие опасности» Дьявола. Загвоздка крылась в том, что ради пассивного бонуса пришлось бы держать «Ползучий голод» постоянно активированным на душе пирата. А это означало ежедневную, кровавую дань — скармливать артефакту живого человека, что было немыслимо обременительно. Да и сам дар откровенно дублировал его врожденную интуицию «Провидца».

Что же до того, сохранится ли этот демонический радар у превращенного в куклу монстра, сыщик был уверен: сохранится, но работать будет исключительно на саму марионетку, не принося хозяину ни малейшей пользы.

Больше всего Клейн уповал на то, что ему выпадет джекпот в виде таланта «Апостола Желаний» виртуозно дергать за струны чужих эмоций, либо же любое словечко из арсенала «Сквернословия». В идеале — «Смерть» или «Разложение».

И фортуна ему благоволила: он отхватил разом три Потусторонних навыка! Одним из них действительно оказалось «Сквернословие». Увы, не «Смерть» и не «Разложение», а та самая «Медлительность». Этот талант позволял мгновенно сковать движения всех целей в радиусе семи-восьми метров пугающим оцепенением, а то и вовсе заморозить их на месте. Правда, эффект длился не дольше жалких двух секунд.

Вторым приобретением стал «Магматический меч» — способность соткать из ревущего пламени исполинский, подобный сабле клинок с запредельной разрушительной мощью. Одного взмаха хватало, чтобы с легкостью перерубить толстенную каменную колонну, оставив после себя гладкий, оплавленный срез. Именно к этому оружию Гилхис прибегал в пылу самого неистового, яростного натиска.

Третьим трофеем стали «Серные огненные шары». Эти сгустки не только детонировали с весьма солидной отдачей, но и щедро отравляли любую плоть или предмет, тронутые их пламенем. Выступая в дуэте с демонической формой, они позволяли выпустить шквальный залп из пары десятков снарядов разом, однако в обычном состоянии лимит ограничивался тремя.

«Грех жаловаться. В стычках с живыми тварями, не относящимися к нежити или скверне, „Магматический меч“ нанесет куда более сокрушительный урон, нежели „Святой свет“ от „Жреца Света“…» — приблизившись к выбитому окну, Клейн как раз успел выхватить взглядом удаляющиеся спины подельников Гилхиса.

«Так и не сбросили морок? Вздор, по всем расчетам действие „Искажения“ давно иссякло, они наверняка уже развернулись и успели подобраться совсем близко. А теперь что — дают деру? Почуяли, что Гилхис испустил дух? Как-то всё это подозрительно…» — Клейн обернулся и посмотрел на труп пирата. Монстр так и застыл в своем исполинском, демоническом обличье. Смерть совершенно не обратила эти гротескные метаморфозы вспять, возвращая ему человеческий вид.

Созерцая тушу пару секунд, юноша смутно нащупал одну догадку:

«Подобная демоническая форма — это, по сути, пограничное состояние перед окончательным срывом в бездну безумия. Покуда тварь сохраняет рассудок и держит себя в узде, она вольна откатить мутацию обратно. Но стоит перешагнуть черту — и этот облик цементируется навеки».

Не теряя времени, Клейн поспешно обыскал останки монстра. Увы, чудовищное раздутие плоти в клочья разорвало всю одежду Гилхиса. Бумажник и банкноты брызнули во все стороны, а недавняя ковровая бомбардировка огненными шарами и бушующее серное пламя безжалостно спалили весь этот куш дотла.

…Клейн уже было собрался отвести взгляд, как вдруг заметил, что на широкой груди исполинского демона что-то загадочно поблескивает.

Это оказался вытянутый, продолговатый кристалл, сотканный, казалось, из чистейшей, застывшей крови. От диковинной вещицы исходил едва уловимый, но въедливый аромат серы.

«Что это такое?» — Клейн в недоумении слегка нахмурился, так и не сумев нащупать ни единого вразумительного ответа.

«Потусторонняя характеристика Гилхиса совершенно точно уже впиталась в недра „Ползучего голода“. С какой же стати его труп исторг из себя эту загадочную дрянь?» — эта колючая мысль молнией пронеслась в голове юноши.

Вдобавок ко всему, тот факт, что второй помощник самого «Бессмертного Короля» не имел при себе ни единого мистического артефакта или запечатанной реликвии, откровенно выбивался за рамки ожиданий и изрядно сбивал с толку.

Глава 686

Трудновыполнимый ритуал

Поразмыслив немного и так не найдя ответов, Клейн, чье чутье по-прежнему молчало об угрозах, убрал тонкий кровавый кристалл. Затем он вновь склонился над лишенным половины черепа, демонизированным телом Гилхиса.

«Интересно, удастся ли в таком виде получить за него награду, и если да, то сколько?.. Я ведь даже понятия не имею, кто здесь выступает военным связным. Отбивать телеграмму Усу Кенту? Пока депеша дойдет туда-обратно, пока он свяжется с местными — уйдет дня три-четыре, не меньше, а мне уже завтра поднимать паруса… Да и без щедрой доли посреднику точно не обойдется», — пробормотав это себе под нос, сыщик отошел в сторону, подобрал изрядно подпаленный шелковый полуцилиндр и водрузил его на голову.

После этого он потащил за собой тяжелую, исполинскую тушу демона, шаг за шагом приблизился к выходу и распахнул деревянную створку.

Внутрь с завыванием ворвался холодный ветер, вмиг разорвав царившую в комнате звенящую тишину.

Юноша щелчком пальцев отключил восприятие «нитей духовного тела» и, всё так же волоча за собой гротескные, вселяющие первобытный ужас останки, пересек коридор и спустился по лестнице на первый этаж.

К этому моменту в баре почти не осталось живых душ. Повсюду валялись перевернутые столы и стулья, пол