Крушение сурка. Том 3 - Владимир Алексеевич Абрамов

дешёвые стекляшки. Но даже если это были бы стразы, она бы всё равно им обрадовалась, ведь раньше у неё не было никаких украшений. А ей очень хотелось их иметь, как любой девочке.

Она ходила вдоль вешалок с одеждой, словно деревенская простушка, впервые попавшая в ЦУМ. И боялась прикасаться к этим безумно дорогим и красивым вещам. Ей казалось, что она попала в какую-то волшебную сказку о Золушке, которую спас принц на чёрном Роллс-Ройсе. И снова у неё из глаз хлынули слёзы, на этот раз от счастья. Ей очень хотелось верить, что это не сон, а реальность. Что она больше никогда не вернётся в тот ад, в котором провела всю свою жизнь к тому монстру, который по какой-то ошибке вселенной считался её отцом. Ей очень сильно хотелось остаться жить в этой сказке в уготованной ей роли принцессы.

Глава 20

Роскошная моторная яхта медленно шла по открытому морю. Солёный бриз приятно обдувал лицо, солнце припекало палубу из натурального бука. Вот только относительно радостным из всех присутствующих выглядел лишь один мужчина — лысый, худой и жилистый, в широких синих шортах, цветастой гавайской рубашке и солнцезащитных очках-авиаторах. Восемь крепких и мускулистых мужчин в белых рубашках и чёрных брюках с пистолетами в кобурах под подмышкой и с полицейскими дубинками в руках выглядели очень суровыми и напряжёнными. Они собрались вокруг последнего из десяти людей в этой компании — напуганного мужчины лет сорока пяти, тощего, с залысиной и опухлостью лица, которая бывает у алкоголиков. Он лежал на палубе с закованными в наручники руками и с очень испуганным видом. Во рту у него торчал кляп из секс-шопа.

— Ну, здравствуй, мудак! — с хищным оскалом поприветствовал его Шульц.

Один из телохранителей ткнул пленника дубинкой в область печени и вытащил изо рта кляп. Затем он отошёл назад.

— Вы кто такие? — испуганно пропищал пленник, поскольку от страха его голос дал петуха. — Кто вас послал? У меня сейчас нет денег, но я обязательно всё верну! Клянусь, я всё отдам! Только умоляю, отпустите меня.

Шульц кивнул в сторону палубных надстроек. Оттуда вышли двое: солидного вида мужчина лет сорока в деловом костюме и аккуратных прямоугольных очках, весь вид которого вопил о том, что он либо юрист, либо аудитор, и второй парень помоложе — его помощник. Помощник нёс кожаный саквояж, из которого на ходу доставал планшет для бумаг, к которому были прикреплены документы.

— Мистер мудак, — продолжил Шульц. — У вас только один выход — подпишите бумаги об отказе от отцовства и приоритетном разрешении на удочерение Анастасии.

— ЧТО⁈ — в глазах пленника поселилось отчаяние в смеси с глубочайшим испугом. — Вы что, хотите забрать мою дочь⁈ Вы что, совсем звери?!! Негодяи, она же ещё ребёнок! Как вы можете так поступать? Я обещаю, что выплачу все долги. Зачем заходить так далеко? У меня только что умерла жена…

— Я знаю, — улыбка Александра стала злой и жестокой, а в его глазах читался смертный приговор. От столь тяжёлого и убийственного взора пленника бросило в дрожь. — Ты либо подпишешь эти бумаги, либо подпишешь позже, но в уже покалеченном виде. У тебя нет выбора, мудак!

— Вы звери… — на лице пленника отображалась внутренняя буря бушующих эмоций и хаотичных размышлений. Он явно пытался найти способ сбежать, но понимал, что в море это невозможно. Такая опасная беседа, с как он думал коллекторами, у него была впервые. Обычно они настолько серьёзно не угрожали, ведь потеря должника означает, что долг они никогда из него не выбьют. — Зачем она вам? Пустите на органы? Закроете в борделе?

— Я не ты, мудак, чтобы долго и методично издеваться над ребёнком! — блеснули бесконечной и всепоглощающей злобой глаза Александра. — Я воспитаю эту девочку хорошим человеком, подарю ей такую жизнь, которую ты, мусор, никогда бы не сумел ей обеспечить!

— Что⁈ — в глазах пленника читался шок в смеси с недоверием и полным непониманием происходящего. — В смысле, ты что, мужик, собираешься удочерить мою дочь? Реально? Ты что, псих⁈ Думаешь, я поверю в эту сказочку?

— Мне плевать, веришь ты или нет, — хищно скалился Шульц. — Парни, сделайте этот мусор сговорчивей!

Тут же к пленнику подступили двое охранников и начали его больно бить, стараясь не калечить и не оставлять следов.

— Стойте! — воскликнул пленник, изворачиваясь на палубе угрём. — Прекратите! Не бейте меня. Давайте поговорим как разумные люди. Если вы убедите меня в благих намерениях, то я всё подпишу!

— Стоп, — спокойно приказал Шульц, после чего телохранители прекратили экзекуцию. — У тебя минута на беседу, после чего я прикажу сломать тебе ноги. Если это не убедит тебя, то тебе будут планомерно ломать все конечности, за исключением правой руки, чтобы ты мог подписать бумаги.

— Босс, — глядя на Шульца, пленник пытался понять, видел ли он его где-нибудь. Но получалось, что до этого он его не встречал, поскольку на этот раз Алекс вёл затворнический образ жизни и его фотографии в СМИ не мелькали. А лудоман, казалось, знал всех влиятельных бандитов Афин, которые могут себе позволить подобные выходки. — Скажите правду, зачем вам нужна моя дочь?

— Я тебе уже говорил — удочерю её и окружу заботой с роскошью.

— Зачем⁈ — выпалил лудоман и кандидат на премию «Самый плохой отец в Греции». — Если тебе нужен ребёнок, удочери любую девочку из детского дома. Вокруг полно сирот. Почему ты нацелился именно на мою дочку?

— Не на твою, мусор! — облил его волной презрения Шульц. — Она дочка Софии. Только поэтому.

— Софии⁈ — удивился лудоман. — Причём тут моя покойная жена?

— Она моя сестра, — нагло соврал Александр. — Когда-то давно она сбежала из дома и оборвала все связи с семьёй. Я нашёл её и тайно следил за вашей семьёй все эти годы. Ваш дом от и до напичкан жуками и скрытыми камерами. Пятьдесят бывших агентов спецслужб занимались тайной слежкой за вами. У меня зафиксированы все побои, которые та наносил Софии и Насте! Все твои случаи воровства, обмана, издевательств, манипуляций и газлайтинга. Я сохранил всё. Все твои прегрешения: сто сорок девять случаев воровства, тридцать семь эпизодов мошенничества и множество случаев умышленного причинения вреда здоровью, четыре из которых зафиксированы документально в