Крушение сурка. Том 3 - Владимир Алексеевич Абрамов

моменту она морально созрела. Преодолев множество неприятностей, поборов расстройство от первых неудачных отношений, она морально приготовилась к созданию семьи. И если раньше она отшивала мужиков, то теперь стоило одному из клиентов ей намекнуть на отношения, как она согласилась. Вскоре она стала жить с ним.

История была похожа на ту, что случилась у них с Софией. Аналогичное соблазнение красивой приходящей уборщицы из клининга, такой же переезд к парню и совместный быт. Вот только разница была в том, что с ней был не он, не Александр Шульц, а совсем другой человек. И это больно резало душу йога-миллиардера. Настолько больно, что он едва не сорвался. Хотел поехать отбивать Софию у этого негодяя. Последнего он очень сильно жаждал отправить искупаться в открытое море, естественно, со сломанными ногами. Но кое-как, используя всю свою силу воли, поборол эти порывы и сократил интервал передачи отчёта до раза в квартал, чтобы было меньше искушений сорваться.

Он старался отстраниться, когда читал доклады, но это было сложно. Старался представить, что это обычная новелла о незнакомых людях, но и это слабо помогало. Так что можно сказать, что раз в три месяца он устраивал себе выходной, в который его эмоции скакали, словно на при поездках на американских горках. И хороших эмоций там не было. Ему хотелось крушить всё вокруг и убивать.

Её парень действительно оказался мерзавцем. Он был заядлым лудоманом, который спускал деньги в игровых автоматах. Он пил как сапожник. Через какое-то время он начал поколачивать теперь уже жену, поскольку через год отношений они зарегистрировал брак без каких-либо церемоний — просто поход в ЗАГС.

И от этого мерзавца София залетела. Но в первый раз у неё из-за побоев мужа случился выкидыш. Как его в тот момент не отправил купаться в открытое море со сломанными ногами Алекс — одному Зевсу известно. Но даже после этого она не бросила этого мерзавца.

Она вскоре забеременела снова. На этот раз, негодяй, чувствуя за собой вину, старался сдерживаться после проигрышей и не бил её, зная о том, что она беременна. В итоге через девять месяцев София родила ему дочку. И это снова было для Александра как серпом по аорте.

Всего через несколько месяцев после родов мерзавец проигрался в пух и прах, задолжав крупную сумму мафиози. Из-за этого он по возвращении домой сильно избил жену. Она угодила в больницу, а ребёнок остался под присмотром нерадивого папаши. Из-за плохого ухода младенец заболел. Если бы ему быстро оказали медицинскую помощь, то всё бы обошлось. Но Софию выписали из больницы через две недели. За это время у малышки развились осложнения.

В этот момент между супругами разразился первый очень сильный скандал, после которого София забрала ребёнка, собрала свои вещи и ушла из дома, громко хлопнув дверью.

Казалось бы, на этом моменте можно было вздохнуть с облегчением. Но нет! Этот мерзавец не успокоился. Он приполз к ней на коленях, моля о прощении и клятвенно заверяя, что изменится и больше не будет её бить, станет хорошо заботиться о ребёнке. Врал, причём нагло и цинично. Но София повелась на его ложь, и они снова съехались.

Какое-то время мерзавец держался, но снова крупно проигрался. Плюс в тот день его прижали коллекторы и намяли ему бока. Придя домой, он снова поколотил жену. А она снова стерпела, не ушла. Дальше побои и скандалы участились.

И такая жизнь у неё была на протяжении последних пятнадцати лет. Это не жизнь, а какой-то кошмар. София как пчёлка неустанно трудилась на двух-трёх работах, тянула семью. А её мерзавец часто оставался без работы, проигрывал деньги и влезал в долги. Вернее сказать, он из них не вылезал.

Их дочка с чудаком на большую букву «М» росла в нездоровой атмосфере постоянно газлайтинга со стороны отца. В какой-то момент он стал поколачивать и её. Постоянное безденежье, даже нищета. Мерзавец выносил из дома ценные вещи и продавал их в ломбарды, чтобы тут же спустить деньги в казино. Вечные долги и связанные с этим нервирующие визиты коллекторов. Частые скандалы и драки.

София ещё дважды уходила из дома, хлопнув дверью. Но каждый раз мерзавец вымаливал у неё прощение и вешал на уши отменные спагетти. Каждый раз история была одной и той же, мол, клянусь, что больше никаких побоев, игр, выноса вещей из дома. И каждый раз, словно самая тупая в мире курица, София велась на эти сказки для умственно отсталых. И они снова съезжались. Всегда было одно и то же. Первое время негодяй сдерживался, потом срывался, и всё начиналось заново.

И вот в начале две тысячи двадцатого года Софии не стало. Её снова унёс из жизни тот самый злополучный грипп, от которого она дважды покидала его, Александра.

Тут он больше даже не думал сдерживаться. Теперь ему было в подробностях известна история жизни Софии, если бы они не встретилась. И это была не красивая сказка, а триллер с уклоном в драму с хорором.

На следующий день после похорон Софии, в квартире, расположенной на окраине Афин в трущобах, раздался стук в дверь. Вскоре дверь открыла тринадцатилетняя девушка с бледным как мел лицом и опухшими от слёз глазами. Она застыла как вкопанная, глядя на тех, кто стоял на пороге. Это был худой лысый мужчина с голубыми глазами. Он был в дорогом белом костюме. За его спиной стояли двое бугаев в чёрных костюмах, которые распирало от мышц.

— Вы пришли выбивать долги? — с ужасом в смеси с фатализмом вопросила она. — Папы нет дома и у нас дома нет ничего ценного.

— Добрый день, милая, — тепло произнёс Александр. Он смотрел на девочку, и видел в ней отражение Софии. Она не была её полной копией, но в ней были её черты. Она удалась вся в мать — такая же красавица с густыми волосами. Вот только забитый и печальный вид отчаявшегося человека всё портил. — Я Алекс, друг детства твоей матери. Твоя мама попросила меня, что если с ней что-то случится, чтобы я позаботился о тебе.

— Простите, что? — впала в ступор девочка.

— Анастасия, — тепло продолжил он, улыбаясь ей. — Считай меня своим дядей. Зови меня дядя Алекс. Тебе больше не нужно жить с папой. Собирай вещи. С сегодняшнего дня ты переезжаешь на мою загородную виллу. Отныне больше никаких побоев и никаких скандалов. Ты больше никогда не увидишь своего отца.