Соленый раф для влюбленных - Виктория Арана

более что сыграет ее вот так, глядя на меня со сцены.

– А как для тебя все это выглядит? – спросила я хрипло, оттягивая время.

– Как то, о чем я не смел мечтать, поэтому поскорей разбей мои розовые очки, чтобы они не успели закрепиться у меня на переносице.

Я печально улыбнулась. Он вел себя так, будто ничего не произошло. Будто наш разговор произошел вчера, а не больше месяца назад.

– Прости меня за все, пожалуйста. – Меня начало трясти. Пришлось вцепиться пальцами в свои коленки. – Я все испортила. Испугалась. Струсила, называй как хочешь. Но я больше не могу держаться от тебя на расстоянии. Готова на любое общение, даже приятельское. Но делать вид, что ты для меня ничего не значишь, не могу. И не хочу. Это невыносимо.

Андрей зарылся пальцами в волосы и тяжело вздохнул. Потом пнул какой-то ящик, подкатывая его ко мне, и сел напротив.

– Какого именно общения ты ждешь? Хочешь обсуждать погоду? Кофе? Что?

– Не знаю. Я хочу, чтобы ты был в моей жизни, а я – в твоей. Потому что без тебя я заблудилась в темноте и никак не могу найти выход.

Мы долго смотрели друг другу в глаза. За дверью бушевали фанаты, я слышала, как ребята из группы пытались развлечь собравшуюся толпу. Но, разумеется, они больше хотели увидеть Андрея.

– Ты не представляешь, что я почувствовал, когда ты положила трубку. Я возненавидел Москву и свою музыку, потому что они отняли у меня тебя. Мне было очень плохо. Я смотрел на тебя в универе понимая, что не имею права подходить, и готов был биться головой о стену, потому что меня разрывало на части.

– Меня тоже. Прости, пожалуйста, если сможешь. Не сейчас, а когда будешь к этому по-настоящему готов.

Он протер лицо ладонями, встал, снова походил туда-сюда, а потом рухнул обратно на ящик, придвинувшись еще ближе.

– Если я предложу начать все сначала, ты согласишься попробовать?

В его голосе было столько боли и ожиданий, что мне стало еще хуже. Я не понимала, как он вообще держался на сцене, пел песни обо мне, переживая свои чувства снова и снова. Сначала на репетициях, потом на записи, в конце живьем, стоя перед залом, распахнув свои душу и сердце.

Я сглотнула. В горле першило из-за переживаний.

– Если ты предложишь, я соглашусь. Но я не могу обещать, что буду адекватной девушкой. Я точно до сих пор не готова переезжать, я буду ревновать, постоянно тебе писать и ждать звонков. В общем, мое присутствие отнюдь не обещает тебе спокойную жизнь.

– Никакая спокойная жизнь не стоит того, чтобы отказаться от шанса быть с тобой, – выпалил он в ответ. – Только я все равно буду бояться, что ты в любой момент можешь испугаться и снова сбежать. Ты понимаешь это?

– Понимаю. Могу только пообещать, что больше не буду убегать. Если почувствую страх, мы сядем и поговорим. Вместе. Честно, без прикрас. Обсудим все как есть и подумаем, что с этим можно сделать.

Андрей прикусил губу и нахмурился, словно не веря, что все это происходило на самом деле. Я понимала его. Сама не верила. Но мы действительно сидели друг напротив друга и оба хотели снова быть вместе. Как раз в тот момент, когда он потянулся ко мне, дверь распахнулась. В гримерку втиснулись уставшие ребята.

– Помирились? – спросил Жека, хватаясь за бутылку с водой.

– Нет еще, не видишь, что ли? – ответил Толик, нашедший недоеденный бутерброд. – Мы помешали. Но нам всем не привыкать, постоянно прерываем эту сладкую парочку.

– Кхм, я, наверное, пойду. Созвонимся позже? – Я встала с дивана, Андрей поднялся следом.

Уходить не хотелось, но у них была еще куча дел.

– Ребят, соберите все сами, пожалуйста. Мне надо проводить Сашу домой.

– Поня-я-ятно, ночью тебя не ждем. – Влад хмыкнул, укладывая гитару в чехол.

Андрей толкнул его в плечо, потом накинул куртку, переобулся, взял рюкзак и потянул меня к черному ходу. Концерт кончился совсем недавно, на улице оставалось еще слишком много фанатов, чтобы свободно выходить через главную дверь.

Стоило нам оказаться в темном коридоре, как его губы накрыли мои.

– Прости, мы только познакомились, но я уже от тебя без ума, – прошептал он, дыханием обжигая мою кожу.

Я тихо хихикнула, а он снова меня поцеловал. Ощущение такое, будто я наконец-то снова оказалась дома. Будто мы никогда не ссорились и я от него не уходила. Будто последние месяцы мне приснились.

Он все еще был моим. Самым чувственным, милым и нежным. Лица коснулась теплая ладонь. Андрей пальцем стер слезы, не прекращая меня целовать.

Глава 33

Девочка-осень

Мы решили не ехать домой ни к нему, ни ко мне, ведь везде было слишком много лишних ушей, что сильно помешает разговору. Андрей на ходу нашел гостиницу, позвонил, забронировал, потом заказал такси. На мое возмущение, что это недалеко и мы можем дойти пешком, ответил:

– Такси в Тюмени, если сравнивать с Москвой, стоит копейки. Я устал, это был сложный день, завтра вечером снова в дорогу, мне нужно отдохнуть. И еще успеть поговорить.

Машина приехала быстро. Пока ждали, держались за руки и разглядывали друг друга под слабым светом фонаря, игнорируя ледяной январский ветер. Андрей открыл дверь, дождался, пока я устроюсь, и закрыл ее. Потом обошел машину и сел с другой стороны.

Доехали за десять минут. Он выбрал ближайшее свободное место, чтобы не тратить время. На ресепшене нас встретили уставшие девушки. Ушло еще некоторое время на оформление с заселением, и вот мы наконец оказались наедине.

Андрей пошел умываться, сказав, что сильно вспотел на концерте. К тому же он был уставшим и хотел взбодриться. Пока я ждала его, ходила по комнате, пытаясь осознать случившееся.

Он радовался моему появлению и хотел все обсудить. Будто бы я не причинила ему невыносимую боль, от которой просто так не избавиться. Он готов был забыть обо всем, лишь бы мы снова были вместе. Хорошо это или плохо? Я не знала. Но тоже хотела попробовать.

Из ванной Андрей вышел с влажными вьющимися волосами. Он выглядывал с опаской, будто боялся, что я снова сбежала, так и не решив наши проблемы. Когда удостоверился в моем присутствии, завалился в кресло.

Он долго смотрел на меня. Несколько раз щипал себя за руку, качал головой, вздыхал, откидывался на спинку – и ни на секунду не расслаблялся. Я села на край кровати напротив него.

– Я думал, ты никогда не придешь, – признался он. – Считал, точка, которую ты поставила, разорвала нашу связь навсегда.

Его