Никак. Как стать успешным художником - Василий Юрьевич Чистюхин

есть такая идея: чем искусство хуже, тем за него больше денег просят. Конечно, мы не говорим о рынке музейных художников, но в целом хорошие художники, настоящие, часто сами себя недооценивают. Честно могу сказать: дороже тысячи евро я никогда не платил за произведение искусства. Все остальное – или ниже, или сильно ниже. В основном это мои друзья. Я стараюсь дружить с художниками, чьи работы мне нравятся.

Если я узна́ю, что кто-то, чьи работы мне нравятся, уже успел получить какую-то премию или выставляться на каких-то значимых выставках, я начинаю сомневаться: может, это не так уж и хорошо. Может, он всем нравится только потому, что работает на одобрение институции. Кто-то сказал очень хорошую фразу: бывают художники, которые просто работают ради искусства – как, например, Ван Гог, Пиросмани, Сезанн, Трелло. А бывают те, кто работает, чтобы угодить институциям: попасть в нужную галерею, получить нужный грант, попасть на триеннале или биеннале.

Был в Тифлисе очень хороший армянский художник – Александр Бажбеук-Меликян. Он работал в 30‑е годы, но умер в 60‑е, то есть после войны. Его дочь рассказала такую историю: в Тбилиси в 60‑е годы никто не покупал его картины. Они жили очень бедно, и картины его не находили покупателей.

Вдруг однажды пришел покупатель, и вся семья заволновалась: может, теперь у нас будут деньги, ведь покупатель с виду при деньгах. Он ходил, смотрел, и по его лицу и разговору было видно, что ему все больше и больше нравится. А вот лицо самого Бажбеук-Меликяна с каждой секундой мрачнело. Наконец, в совершенном восторге, покупатель говорит: «Вот эту я покупаю!» И тогда совершенно помрачневший Бажбеук-Меликян кричит на него: «Убирайтесь отсюда!» Покупатель в ужасе, ничего не понимая, уходит. Художник буквально спускает его с лестницы, забирает картину и уничтожает ее, рвет ножом. Когда испуганная семья спрашивает, что произошло, он отвечает: «В этой картине есть какая-то червоточина, что-то не так. Не должно быть так, чтобы им понравилось».

Кто такие «они»? Это был человек из чужого круга. Понятно, что это не был художник – может быть, мясник или обкомовец. Неважно кто. Чужой человек. Им не должно нравиться.

После этого интервью я в очередной набрался решимости делать все так, как я делаю, и не смотреть по сторонам, не пытаться ни под кого и ни под что подстроиться.

* * *

Ходил на выставку художника Никиты Пирумова «А ларчик просто открывался». Людей было немного: только два смотрителя (молодые парень и девушка) сидели в креслах, и одна женщина блуждала по выставке. Наверное, дело во времени – я смог добраться только около 8 вечера, а выставка работала до 9. Я осмотрел работы – все очень круто сделано с технической точки зрения, продумано. Где-то читал, что Никита раньше работал в театре, делал декорации.

Девушка сказала другой женщине: «Смотрите, эти штуки тоже открываются». Некоторые большие работы открывались внутрь себя, за занавесом пряталась графика. Это было очень круто. Я следил за тем, как он создает эти графические работы в сторис, и был поражен, как быстро ему удалось собрать полноценную выставку. Мне нужно заняться планированием собственной. Тем временем девушка говорила парню о какой-то своей знакомой: «…она оказалась на самом дне, да. Но она не жертва обстоятельств… Нет, ничего подобного. Это результат ее собственных действий…»

29 октября

Прочитал сегодня несколько интервью Александры Гарт, художницы года по версии Cosmoscow. Запомнилось:

Что ты можешь посоветовать молодым художникам?

Ничего.

В интервью для Wöd ты говорила, что допускаешь «многообразие трактовок» своих работ. Как часто ощущения зрителей и твои совпадают? И как тебе хотелось бы?

Не могу сказать, что меня так уж сильно волнует восприятие гипотетического зрителя, сама идея о том, чтобы обсуждать с людьми (какими людьми, кто они, почему они хотят говорить мне, что думают о моих работах???) – короче, сама мысль об этом меня вводит в состояние легкой паники, обычно на своих выставках я куда-нибудь прячусь или так быстро напиваюсь, что потом ничего не помню. Кто, что сказал, как там зрители, что трактуют – их дело, ну правда – я не намерена им диктовать, что правильно, а что нет. Хотя на последней выставке мы собираем отзывы зрителей для сторис в инсте – получается довольно забавно. Особенно порадовали сравнения с кладбищем и фильмом Тарковского, которого я, кстати, терпеть не могу[30].

Из другого интервью:

Ты как будто бы часто говоришь, что тебя не интересует зритель и его трактовки твоих работ. Для кого тогда твое искусство?

Мне интересно, как зритель интерпретирует мои произведения, мне неинтересно что-то зрителю объяснять. Я даже названия не люблю давать работам.

Но искусство я делаю для себя в первую очередь. Чтобы мне нравилось то, что я делаю, иначе какой в этом смысл[31].

Из третьего:

Что вы, кстати, почувствовали, когда узнали, что вы художник года Cosmoscow?

Я удивилась. Переспросила: «Что, правда, не шутишь?» Куратор Алексей Масляев позвонил мне и сообщил эту новость, а я его попросила повторить, потому что не поверила, что это правда. Так странно: я настолько далека от самопродюсирования, о котором вы говорили, построения какой-то карьеры… Это прозвучало нереально: классно конечно, но что это значит?[32]

Что я в связи с этим думаю? Думаю, что мне нужно прекратить заниматься ерундой – ходить на вернисажи с целью с кем-то познакомиться, подписываться на людей и заниматься прочим самопродвижением. Нужно сосредоточиться на поиске работы (для денег) и создании новых крутых работ, планировании выставки и составлении портфолио. Надо подвести итоги 2024 года и посмотреть, что я действительно сделал. Именно сделал, а не просто куда сходил и что увидел. И, возможно, получится так, что я ни сделал ни хрена. С другой стороны, не стоит себя недооценивать.

Сегодня видел сторис Леонида Костина с его «private view» для основательницы Fabula Gallery. Моих работ там не было, но, возможно, он их ей показал. Я вспомнил, что он как-то купил видеоарт из моих рилсов – про человека-невидимку. Я записал его на флешку бренда mini fun и убрал из инстаграма, но он написал, чтобы я не удалял – пусть останется. По сути, я первый человек в России, кто продал видеоарт из рилсов за деньги. Больше такого, наверное, нет. То есть бытование видеоарта именно в рилсах – это мой прорыв. Почему же я себя так гноблю и недооцениваю?

Короче,