Путешественник - Е. Юань

монеты, и, тщательно взвешивая слова, спросил:

— Стало быть, пока твои парни уходили во мрак, ты с остатками команды торчал здесь и пялился на фреску?

Андерсон на долю секунды опешил. Прицепив кожаный бурдюк с микстурой обратно на пояс и утерев губы, он ответил:

— Нет.

— Я был в числе той самой трети, что поперлась вперед.

С этими словами его губы медленно, дюйм за дюймом поползли вверх, сложившись в теплую, безмятежную улыбку.

«Да что за…» — зрачки Клейна сузились в игольное ушко. Юноша мгновенно сгруппировался, слегка сгорбив спину, и вскинул левую руку, изготовившись к бою.

В этот самый миг всё вокруг залило ослепительным, режущим глаза солнечным светом. Пространство вспыхнуло ослепительной белизной, которая начала стремительно меркнуть, пока наваждение не растаяло без следа.

Клейн распахнул глаза в реальном мире, с облегчением обнаружив, что за иллюминатором вновь царит вечный полдень.

Выудив золотые карманные часы и звонко отщелкнув крышку, он сверился с циферблатом:

'Минуло всего полчаса. До чего же скоротечна здешняя ночь…

Тот самый невезучий Андерсон с виду казался абсолютно вменяемым парнем, кто бы мог подумать, что он обернется такой пугающей чертовщиной!'

Рывком поднявшись с постели, Клейн внезапно вспомнил об одной критически важной детали: «Змей Судьбы» Уилл Осептин так и не удосужился прислать ответную весточку!

«Поскольку грезы всех присутствующих на судне оказались насильно затянуты в тот паранормальный мир, наглухо отсеченный от духовного измерения, Он банально не смог нащупать мои координаты? Или же учуял леденящую ауру „Пожирателя хвоста“ Уробороса и благоразумно не рискнул соваться? А может, сама эта акватория глушит сигналы?» Пока эти мысли вихрем проносились в его голове, юноша принял твердое решение проверить всё на практике.

Способ проверки был до смешного прост: улучить момент, пока за окном царит «полдень», и вновь провалиться в сон.

Однако пороть горячку Клейн не стал. Одному богу известно, не таят ли эти проклятые воды какого-нибудь смертоносного табу на сон в дневное время.

Нахлобучив на голову кепку, Клейн направился к капитанским покоям и согнутым пальцем трижды постучал в деревянную створку.

Тук-тук-тук. Опустив руку, сыщик застыл в терпеливом ожидании.

Вскоре щелкнул замок, и «Адмирал Звезд» Катлея распахнула дверь.

От той глухой растерянности, что сковывала ее в мире грез, не осталось и следа. На переносицу пиратки вновь водрузились неизменные очки в тяжелой оправе.

— Днем здесь спать дозволяется? — без лишних прелюдий в лоб поинтересовался Клейн.

Катлея утвердительно кивнула:

— Вполне.

Выдержав короткую паузу, она с легким сомнением добавила:

— Там, в мире грез… сдается мне, вы сохранили завидную свободу действий?

Воскресив в памяти всю ту леденящую чертовщину, что таила в себе эта акватория, и резонно рассудив, что в будущем ему неминуемо придется блеснуть кое-какими козырями, Клейн решил сыграть на опережение и загодя подготовить почву.

Встретившись взглядом с Катлеей, он расплылся в безукоризненно вежливой улыбке:

— Истинно так.

— Такова милость моего Господа.

Моего Господа… Глаза Катлеи, скрытые за толстыми стеклами очков, явственно блеснули.

На ее лбу пролегла редкая, мимолетная морщинка, но пиратка тут же взяла себя в руки, благоразумно удержавшись от дальнейших расспросов.

Немного поразмыслив, Клейн как бы невзначай бросил:

— Держите ухо востро с Хитом Дойлом.

Катлея мгновенно раскусила скрытый подтекст его слов и ровно ответила:

— Повода для тревоги нет. При нем имеется один запечатанный артефакт, чье побочное влияние наглухо отсекает всё, кроме звуков, раздающихся в непосредственной близости.

«Воистину, виртуозное жонглирование побочными эффектами…» — мысленно поаплодировал сыщик. Не став сотрясать воздух лишними словами, он изящно приподнял кепку в знак прощания, развернулся и зашагал обратно в свои покои.

Вновь рухнув на кровать, юноша призвал на помощь медитацию и плавно скользнул в сон.

В туманном мире грез рассудок мгновенно обрел кристальную ясность. Взору предстали до боли знакомые, выжженные пустоши и пронзающий мрачные небеса черный шпиль.

«Фух, хвала небесам, связь не оборвалась…» — с колоссальным облегчением выдохнул Клейн. Привычным маршрутом он добрался до сердца башни, где на прежнем месте обнаружил веер из карт Таро и свежие строки:

'Те воды таят в себе тьму гибельных угроз, но самая смертоносная из них — это сновидение, что накрывает всё с приходом ночи.

Речь вовсе не о том, что отказ от сна обернется бесследным исчезновением. Намертво вбей себе в голову лишь одно незыблемое правило:

Ни за что не исследуй этот мир грез!

Категорически запрещаю совать туда свой нос!

Места на пергаменте в обрез, так что вдаваться в подробности не стану. Ладно-ладно, шучу. Истинная причина в том, что эта иллюзорная реальность соткана из осколков грез, оставленных самими божествами'.

Глава 651

Новая встреча

Пробежавшись глазами по наставлениям Уилла Осептина, Клейн первым делом испытал жгучее облегчение.

«Какое счастье, что я не стал лезть на рожон и оборвал разведку…» — юноша, совершенно не таясь, с шумом выдохнул.

И пускай ему довелось воочию узреть фреску с изображением «Пожирателя хвоста» Уробороса, а затем наткнуться на Андерсона — бедолагу, чья неведомая участь обратила его в леденящего кровь монстра, — в по-настоящему фатальную переделку он так и не вляпался.

«Одному богу известно, куда меня забросит при следующем погружении в этот сон: случайным образом в пределах какой-то зоны, или же я начну ровно с той точки, где остановился сейчас… Если второе, то самым благоразумным будет обойти Андерсона десятой дорогой, дабы не спровоцировать тварь, и дать деру из этого черного монастыря по собственным следам…» — отбросив эти мысли, сыщик вернулся к чтению оставшихся предупреждений:

'Если вынести за скобки сновидения, в остальном дела обстоят не так уж и скверно. Покуда ты не дерзаешь совать нос в руины и древние развалины, не пялишься на то, что парит в небесах в «полдень», не пытаешься бросать вызов надвигающимся бурям и покорно скользишь по проверенным, безопасным фарватерам — проблем возникнуть не должно.

Что же до русалок — просто двигайся вперед, и рано или поздно ваши пути пересекутся. В силу своего уровня эти создания вынуждены жаться к относительно спокойным водам, а таких мест здесь кот наплакал.

И напоследок: желаю, чтобы удача сопутствовала тебе во всем. Твой преданный друг, вступивший в критическую фазу развития и обреченный на частые, долгие сны — Уилл Осептин'.

Финальная тирада вышла донельзя громоздкой, однако Клейн в ту же долю секунды раскусил истинный посыл «Змея Судьбы»:

«Пока я не появлюсь на свет, не смей дергать меня по пустякам, если только дело не пахнет концом