Слева Направо и Справа Налево - Дженнифер Линн Барнс

Карри говорил о моей сестре так, будто она умерла?

Нет, только не Кэйли.

Только не моя Кэйли.

– Как думаешь, что случится, если я отвезу его в больницу? – продолжал Джексон. – Что произойдет, если мы вызовем скорую или полицию?

Я не хотела слушать эти вопросы. Не хотела думать над ответами на них. Я хотела лишь одного – доказать себе, что Джексон ошибался. Что Кэйли не поехала с теми парнями на остров Хоторнов. А если и поехала, то осталась жива. Что сейчас она где-то самозабвенно танцевала. Или была дома и спала, свернувшись калачиком под одеялом, как привыкла с детства. Или смеялась, или страдала от похмелья, или и то и другое.

Что с ней все в порядке.

Но мой мозг уже нашел ответы на вопросы Джексона, словно Кэйли действительно больше не было. Что произойдет?

В моей семье говорили – кровь за кровь. Мать наказала Рори держаться подальше от приезжих парней. Не в ее интересах было навлекать гнев миллионера на наш городок – это навредило бы семейному бизнесу. Но если Джексон был прав, если погиб член семьи Руни – если Кэйли не танцует, не спит, не смеется, если ее и правда больше нет, если Кэйли умерла, – то больше не существовало никаких правил и ограничений. Виновного не спасут ни больничные стены, ни местная полиция. Моя семья контролировала торговлю наркотиками и оружием вдоль всего побережья. И копов тоже.

Кровь за кровь.

Если моя сестра умерла, то и повинному в ее смерти жить оставалось совсем недолго.

Глава 5

Я пошла с Джексоном. Все мое существо протестовало – мне хотелось оставить умирать этого чудом выжившего парня в одиночестве, в муках. Плевать на него. И все же я продолжала думать о том, как пришлось зашивать Рори по приказу матери. Продолжала думать о заповеди «Не навреди».

Продолжала думать о Кэйли, хоть и старалась не делать этого.

Я шла за Джексоном, не задавая вопросов о том, кто же из троих выжил, гоня из головы эти мысли, но стоило мне пройти через металлическую дверь лачуги и увидеть распростертое на одеялах, кинутых прямо на дощатый пол, бесчувственно тело, как в глаза бросились его волосы.

Темно-рыжие.

Только теперь они не закрывали его лицо, а липли к бледной, почти синюшного оттенка коже. Я даже решила, что он умер, и машинально опустилась на колени рядом с ним. У меня не было необходимых знаний и умений. Я не была доктором, никогда не работала ни в ожоговом отделении, ни в реанимации. Я даже на медсестру еще не отучилась!

Но я была здесь, а он лежал на полу.

Я прижала пальцы к его сонной артерии и почувствовала учащенный пульс. Каждый удар его сердца словно бил по мне электрическим разрядом. Я поднесла руку к его губам и ощутила его дыхание, а потом наклонилась к его лицу и прислушалась.

Он дышал тяжело, но без хрипов.

Отодвинувшись, я надавила ему на подбородок, открывая ему рот. И тут же в моей свободной руке оказался фонарик.

Джексон.

– Что еще тебе понадобится? – пробурчал рыбак.

Доктор и медсестра – те, кто обладал бы необходимым опытом, – вот что. Но еще мне нужно было проверить дыхательные пути моего пациента. Они оказались чистыми.

Что дальше? Я стала осторожно ощупывать его голову на предмет травм, запустив пальцы в густые и спутанные влажные волосы. На затылке обнаружилась рана. Если у него было еще и внутреннее кровотечение, то мы в полном дерьме. Я отогнала от себя эту мысль и раздвинула его волосы, чтобы как следует осмотреть повреждение.

– Нужно промыть рану, – сказала я Джексону. – Мне понадобится что-нибудь, чем можно срезать ему волосы, а еще чистое полотенце, антисептик и пластырь-бабочка. Найдете?

Я убрала руки с головы парня и осмотрела тело.

– Ожоги второй степени на руках и ключицах.

Мне пришлось содрать с него то, что когда-то было рубашкой, оставив лишь те части, которые спеклись с кожей.

– Эти ожоги, вот здесь, на груди, тоже нужно промыть и перевязать, – я показала пальцем на раны, о которых говорила. – Они третьей степени, но меньше остальных. И хорошо, что они не на конечностях – здесь лучше кровообращение, и следовательно, меньше риск заражения.

Я судорожно вздохнула и снова задумалась над вопросом Джексона. Что еще могло мне понадобиться?

– Марля, чистые тряпки, холодная вода. И все обезболивающие – любые, которые сможете найти, – в моих мыслях царил полный хаос. Что еще? – Если бы мы были в больнице, я начала бы с того, что поставила бы ему капельницу. Первым делом физраствор, потом антибиотики.

Джексон молча вышел из лачуги, и я осталась наедине с лежащим без сознания Тобиасом Хоторном.

«А-Н-Н-А, – раздался в ушах его голос, произносящий мое имя по буквам. – Но если твое имя пишется с „H“ в начале, но без „h“ на конце, не хочу этого знать».

Было куда проще, когда я воспринимала тело на полу как обычного пациента со множеством ран, потому что стоило мне вспомнить нашу с ним встречу в баре, как перед глазами встала Кэйли с широкой улыбкой.

«Давай, красотка, потанцуй со мной!»

Я отказалась. Не стала танцевать с ней. Не проводила ее до самого дома. Не убедилась, что она не ушла обратно.

«Ну как хочешь, куколка!»

Дверь в лачугу с грохотом распахнулась, и Джексон бросил на пол видавший виды чемодан.

– Что это? – в горле у меня встал ком.

– Я люблю быть готовым ко всему, – голос у Джексона по-прежнему звучал очень хрипло, и я невольно задумалась, насколько близко к пожару на острове Хоторнов он находился.

Надышался угарным газом? Но у меня в любом случае не было баллонов с кислородом – ни для него, ни для Тобиаса Хоторна.

Я заставила себя сосредоточиться на том, чем действительно могла помочь. Дрожащими руками я расстегнула молнию на чемодане, который принес Джексон. Внутри оказалась чуть ли не целая аптека. Я сразу же заметила мазь от артрита, которую покупала ему, но это была лишь верхушка айсберга или, вернее, хаотичного нагромождения из лекарств и медицинских изделий. В других обстоятельствах я бы решила, что у Джексона паранойя и он сбрендил, но, как говорят, раз в год и палка стреляет.

Я начала копаться в этой беспорядочной куче, вытаскивая то, что могло пригодиться. Стерильные марлевые салфетки трех размеров. Жгуты. Болеутоляющие, продающиеся без рецепта, – парацетамол и ибупрофен. Бинты. Йодные салфетки. Спиртовые салфетки…

– Раствор хлорида натрия! – я так удивилась, что произнесла