Красный священник - Е. Юань

в густые заросли и благополучно «спаразитировал» на одном из вековых деревьев.

Разумеется, в рукаве у Клейна имелась и вторая фаза плана. Юноша даже подстелил соломку на случай, если собственных силенок для экзорцизма окажется кот наплакал. Увы, внезапное, словно гром среди ясного неба, явление Амона вдребезги разбило все расчеты, заставив сыщика без малейших раздумий дать деру… А ведь его план «Б» был до гениального прост: отправить одну из марионеток подальше от поля брани и накатать депешу Патрику Брейну — тому самому подопытному полубогу из Спиритического культа. Будучи «Неумирающим», этот кадр почти стопроцентно овладел искусством странствий по миру духов. А если бы и этого не хватило, Клейн намеревался призвать госпожу посланницу, ударив по рукам в долг.

Вынырнув из омута воспоминаний, Клейн с тяжелым, театральным вздохом ответил на вопрос Леонарда:

— Это тайна.

Выдержав секундную, звенящую паузу, он взял инициативу в свои руки:

— А ты-то сам с какой стати не улучил момент, чтобы шепнуть о визите аватара Амона в Баклунд… слить эту инфу Церкви Богини Вечной Ночи?

Леонард торопливо пустился в разъяснения. Поэт вкратце, но в красках обрисовал всю леденящую картину: и то, что «появление истинного тела Амона неминуемо спровоцирует божественное нисхождение»; и то, что «через гибель своего клона Амон способен узреть рябь на нитях рока, безошибочно запеленговав источник возмущений и нащупав ареал обитания кукловода»; и фирменный почерк ублюдка — «выставить напоказ одну-единственную марионетку, спрятав в ее тени еще десяток, а то и сотню незримых двойников». Не забыл он упомянуть и о том, что «клоны Амона могут пускать корни в любую живую тварь, наделенную искрой духовности, и если ты не полубог — раскусить эту одержимость попросту немыслимо».

И финальным аккордом Леонард в мельчайших деталях пересказал тот леденящий душу пример о краже судьбы, которым его в свое время потчевал древний старец.

Внимая этим откровениям, Клейн почувствовал, как по спине градом катится ледяной пот. Юноша от всего сердца благодарил фортуну за то, что в ту ночь не поддался слепому безрассудству и не бросился в лобовую атаку на Амона. В противном случае трон господина «Шута» уже почти стопроцентно обрел бы нового владыку.

«Немудрено, что Леонард благоразумно держал язык за зубами… Тот наглый, открытый променад Амона был лишь виртуозной наживкой. А в густом мраке кишмя кишит еще целая свора Его клонов, способных паразитировать даже на незримых глазу микробах в воздухе… От одной лишь мысли об этом волосы встают дыбом. Мой контроль над „нитями духовного тела“ до таких микроскопических высот даже близко не дотягивает. Чем мельче тварь, тем призрачнее и тоньше её нити, специфика там просто зубодробительная… Эх, стравить Его с Церковью чужими руками не выйдет. Разве что найдется фигура с абсолютно безупречной, железобетонной легендой, для которой подобный донос будет выглядеть как нечто само собой разумеющееся…» — сердце Клейна сжалось от горькой досады. Осознание первобытной, хтонической жути, исходящей от Амона, врезалось в его разум еще глубже, намертво отпечатавшись в подкорке.

По его прагматичным прикидкам, Леонард идеально подходил на роль осведомителя для Церкви Ночи. Увы, имея в «квартирантах» самого Паллеса Сороастра, поэт панически, до смерти боялся засветиться перед всевидящим оком Амона.

Спору нет, эту миссию можно было бы взвалить и на плечи «Повешенного». Вот только моряк не смог бы состряпать безупречный, не вызывающий подозрений у Амона источник этих разведданных. Любая фальшь мигом бы забила в набат, спровоцировав ублюдка на глубокое, смертоносное расследование.

В голове Клейна калейдоскопом проносился один вариант за другим, пока этот вихрь внезапно не замер на его собственной персоне! А точнее — на двух его излюбленных личинах: Клейне Моретти и Германе Воробье!

'Будучи признанным благословенным Богини Вечной Ночи, для меня слить Церкви инфу о прибытии Амона в Баклунд — шаг абсолютно закономерный и логичный. Даже сам Амон не подкопается;

А как тот самый «Маг причуд», что нынче ночью сошелся в кровопролитной сече с полубогом из Пути «Мародера» и воочию узрел Амона, я по умолчанию обязан быть в курсе, что клоны «Ангела Времени» уже наводнили столицу. Это не вызовет ни малейших подозрений. Вдобавок, благодаря моему статусу избранника Ночи, Амон, лишившись пары-тройки жалких двойников, вряд ли полезет на рожон с вендеттой. Как-никак, за моей спиной Его почти стопроцентно будет поджидать глухой капкан, а то и вовсе божественное нисхождение!

Иметь за спиной такую монументальную «крышу» — это чертовски приятно… Впрочем, как гласит древняя мудрость, любые щедрые дары судьбы имеют свой негласный, скрытый во мраке ценник…' — Клейн молниеносно, в общих чертах раскидал в уме грядущую многоходовочку.

Затем он привычным, виртуозным жестом сменил угол обзора, препарируя события минувшей ночи уже глазами самого Амона:

'Амон вне всяких сомнений знает подноготную «Мага причуд» как свои пять пальцев. Ему хватило лишь узреть, как я дергаю за ниточки кукол и жонглирую позициями, чтобы безошибочно вычислить мою стезю;

Раз уж Он милостиво позволил какому-то «Магу причуд» унести ноги, значит, железобетонно приготовился к тому, что Его координаты всплывут на свет божий. Более того, Он наверняка спит и видит, как эта шумиха притянет к Нему ту самую желанную мишень;

Я светил лицом Германа Воробья, вот только это не стоит и выеденного яйца. Для «Безликого» внешность — самый дешевый и обманчивый фасад… Хм, так кем же Амон меня окрестит? Матерым хищником, ступающим во мраке, полубогом из Пути «Провидца»… Учитывая, что Церковь Ночи вкупе с Тайным орденом держат в стальной хватке все рецепты, ингредиенты и самих русалок, вольных «Магов причуд» в природе почти не водится. А династия Антигонов давно вымерла до последнего колена. Выходит, любой «Маг причуд» — это либо цепной пес Тайного ордена, либо глубоко законспирированный теневой агент Церкви Богини Вечной Ночи…

А если приплюсовать сюда еще и локацию — Баклунд — ответ вырисовывается кристально ясный…

Опираясь на эти выкладки, Амону не составит ни малейшего труда смекнуть: Церковь Ночи вот-вот возьмет Его след и спустит инквизиторов для тотальной зачистки. Мой донос безупречно впишется в Его расчеты, а вот если я промолчу — это будет выглядеть до одури подозрительно…

Стало быть, сейчас Он стопроцентно заляжет на дно. И пускай Он виртуозно натянул на Себя личину того самого полубога-«Мародера», в ближайшие дни нос на улицу Бёклунд Он точно не сунет!'

Выковав этот железобетонный вердикт, Клейн почувствовал, как с души спадает свинцовый груз. Фортуна даровала ему солидную фору для подготовки!

— Так что скажешь? Есть какие-нибудь идеи? — не выдержав затянувшегося