Бывшая жена - Урсула Пэрротт

– У меня и вовсе нет никакой сексапильности, если не сумела удержать мужа.

– Не обобщай из-за одного случая, да к тому же не совсем характерного. Ты привлекательна во всех отношениях. Как только снова включишься в жизнь и хоть немного начнешь проявлять интерес к окружающим, вместо того чтобы просто выглядеть как картинка и ни на кого не реагировать, мужчины дюжинами к твоим ногам падут с мольбой о любви. – Тон ее стал насмешливым. – На месяц, два, а то и гораздо дольше. Из-за этого я и беспокоюсь.

Сама-то я способна вызвать страсть разве что цветом волос. Все остальное во мне какое-то слишком возвышенное и не настраивает мужчин дальше желания пойти со мной куда-нибудь днем. До определенной степени я даже довольна – нет нужды постоянно отделываться от ненужных домогательств. Утомительное занятие. Но оставим это как тему для следующей воскресной проповеди. Джудит из тех женщин, которые свою сексуальность культивируют. Им это необходимо. Это для них компенсация недостатка женственности. Не слишком красивые, они добиваются успеха, с умом акцентируя внимание на том малом, чем обладают. У Джудит, к примеру, прекрасные каштановые волосы, глаза ничего, орехового, если не ошибаюсь, цвета, стройная фигура – формы и только. Остальные черты просто размазаны по лицу. Ты никогда не вспомнишь, какие у нее нос, рот, подбородок. Да хотя бы руки. Колени отчетливее вспоминаются. Она вечно ноги высоко скрещивает. Хочет, чтобы колени в глаза бросались, они ведь вполне недурны. То же самое с волосами. Везде старается поскорее снять шляпку и расположиться так, чтобы свет ей поэффектнее на голову падал. И глаза мне ее запомнились. Почему, интересно? А, поняла: она их постоянно прищуривает, чтобы взгляд получался томным.

Я захихикала:

– Браво, Люсия! Не случалось ли этой Джудит вставать на твоем пути?

– Не ей, но другой, которая на нее похожа. Поэтому знаю, о чем говорю. Этот тип женщин будто вопит своим ошарашивающим лексиконом, экстравагантностью макияжа, демонстрацией ног: «Я доступна! Доступна! Со мной не соскучишься!» И с ними действительно не соскучишься. Они окутывают мужчину атмосферой приятной раскованности. Уверена: Питеру гораздо легче с Джудит, чем с тобой или с Хильдой. Он ведь смазливый. И журналисты из его окружения наверняка ее забавляют. Патрисия, дитя мое, она еще долго способна держать его возле себя. До тех самых пор, пока он не пустится снова в погоню за идеалом. Хотя, возможно, она его вовсе излечит от подобных порывов. Женщины ее типа и на это способны.

– Люсия, да ты сегодня вылитая Кассандра!

– Давай-ка выпьем. У Стивенсов нам такой возможности не предоставят. Зато полюбуемся на совершенно невероятных русских, которые имеют привычку вдруг разражаться песней. Стоит того. Приготовишь коктейли?

– Могу только «бронкс». У нас ничего не осталось, кроме джина и апельсинов.

Коктейль получился вкусным.

– Люсия, как думаешь, написать мне Питеру и спросить, не хочет ли он до сих пор развода?

– Зачем писать? Совершенно неблагоразумно. Позвони ему просто.

– Он, наверное, сейчас уже в клубе.

Люсия мне ничего не ответила. Я направилась к телефону. На столике у подножия лестницы, соединявшей мой и ее этажи, возле телефона лежал блокнот с недельным расписанием наших встреч. Все они были намечены Люсией.

– Слушай, Пет, прежде чем позвонишь, обдумай, что собираешься говорить.

Это просто.

Мюррей-Хилл. Ноль, ноль, ноль, три.

Назвала имя Питера. Люсия, вручив мне второй коктейль, уселась надо мной на ступеньке.

– Положи лучше трубку, раз не подходит так долго. Торопиться-то некуда.

– Но там всегда долго… Алло, Питер? Это Пет.

– Да, я узнал тебя. Как ты?

Голос вполне веселый.

– Все хорошо. Я звоню тебе сообщить, что не против развода, если тебе этого по-прежнему хочется.

Минутная пауза, а затем:

– Что ж, спасибо. Но особо гнать некуда.

– А-а… Как там Хильда?

(Вопрос подсказала Люсия.)

– Очень хорошо, если слухи, которые до меня последний раз доходили, верны.

Что дальше?

– Может, как-нибудь встретимся?

(Снова помощь Люсии.)

– Давай как-нибудь. Адрес скажешь?

(Адрес он знал. Сообщала ему в письме. Теперь повторила.)

– Ладно. Поужинаем. Обсудим развод. Говори номер телефона.

Я продиктовала.

– Спасибо, Пет, за звонок.

– До свидания.

– А теперь, – сказала Люсия, – допей то, что осталось в шейкере. Иначе, боюсь, сегодняшний день для тебя окажется абсолютно испорчен… О небо, Пет! Четыре часа уже! Нам нужно через пятнадцать минут быть готовыми! Ты очень расстроена?

– Не знаю.

– Давай же. Накрасишься здесь, в моей ванной, а мы пока сможем поговорить.

Люсия, распустив волосы, принялась их спешно расчесывать. Я наносила крем на лицо. Мои волосы можно было привести в порядок за секунду.

– Я рада, – сказала Люсия, – что с моим замужеством…

– Что? – спросила я.

– Давным-давно покончено, – договорила она.

VI

Ранняя весна… Время писать рекламные тексты для «Истер Аппарел» и публиковать статьи о моде после содержательных совещаний с отделом продаж. Торопить художников и редакторов. Отсылать спешно тексты в набор. Торопить наборщиков с версткой.

Автор текстов о моде ушел, и его место досталось мне. Помощница менеджера по рекламе больна, и я беру ее обязанности на себя. Я рада. В такой круговерти дни пролетают быстрее.

– Найдите сумочку из змеиной кожи, миссис Томас. Импортную. Чтобы изобразить ее вместе с туфельками из змеиной кожи. Мисс Гастингс вот-вот придет. На ней будет надета вся иллюстративная часть обеих колонок с аксессуарами. В одной – белье, чулки, перчатки, туфли и сумочки, в другой – носовые платки и ювелирные изделия, и там есть еще место. Скажите мистеру Джонсону, что отделы продаж хотели бы поместить на эту же страницу цветы и парфюмерию, но последнее слово за ним. Нет у меня никакого желания объясняться с теми, кто в полосу не влез. Бутоньерку оставьте. Флакон духов тоже. Поместим их на одной картинке с парой туфли-сумочка. Прекрасно смонтируется, и предметы уравновесят друг друга. Мисс Гастингс – мастер таких компоновок.

Быстро осваиваю как профессиональный жаргон, так и новое свое положение. Такси в офис, аренда квартиры, покупка одежды теперь для меня не проблема. Одежды у меня много больше, чем когда была замужем. Купила новый весенний ансамбль в синей гамме (ткань платья с цветочным рисунком от Дюшарне и пальто – хорошая копия модели от Вионне, «в точности повторяющая изысканную простоту оригинала»). Восемьдесят девять долларов и пятьдесят центов. Оптовая цена от производителя. Менеджер по работе с клиентами меня с ним свела. Я, вежливо восхитившись всей его линейкой, рассказала ему о рекламе. Он в ответ предложил мне несколько реплик французских моделей, сделанных к новому сезону, поручил написать о них для журнала «Что носят