Маг поневоле. Том 1 - Роман Романович

— А ты не думал, что у этого есть цена? — наклонилась она ко мне и заглянула в глаза.

Почему-то мурашки побежали по спине.

— Цена? — спросил я, сглотнув.

Вроде взрослый мужик, но это детское тело постоянно само вот такие реакции выдавало, хочу я того или нет.

— Чем дальше маг продвигается по своему пути, тем больше отдаляется от смертных. Это не всегда хорошо и уж точно не сделает тебя счастливее.

Да и плевать, — чуть не брякнул я. Обычную жизнь уже жил, теперь хочу необычную.

— Я бы хотел попробовать, — ответил я робко.

— Внимание, — постучала она меня по лбу. — Сконцентрируйся на том, как твои ступни касаются земли. Наблюдай. Делай выводы. Потом расскажешь, чего достиг. Если получится, может, что-то ещё расскажу, — улыбнулась она. — Только пусть это будет нашим маленьким секретом.

Ох, сколько у меня вопросов в тот момент родилось. Касаться земли — это типа качать энергию из земли? Воображение быстро нарисовало каменных големов и огненные шары.

— Мам, а ты… Маг? — спросил я.

— Совсем чуть-чуть. Но не будешь слушаться, превращу тебя в жабу, — сделала она страшные глаза и рассмеялась.

Рассмеялся и я. Почему нет, собственно. Мать у меня приятная женщина.

С того дня я начал практиковать. И с магией у меня странные отношения сложились.

Скажу так. Это было не очень интересно. В первое время. Но в этом мире не придумали интернет. Телевизора у нас тоже не было, хотя в городе, когда мы выезжали, я как-то видел один на витрине. Радио в доме отсутствовало, книг было всего ничего. Играть же с другими пятилетними детьми… Я ходил, куда деваться. Тело постоянно требовало движения, но само общение было ровно таким, каким оно может быть между взрослым и ребёнком. Если мягко — детские игры не были моим любимым занятием. Я научился читать и писать, но быстро выяснил, что книги стоят дорого. Можно было брать в библиотеке, но эй. Какую книгу отец возьмёт для пятилетнего ребёнка? Местные сказки было интересно почитать сравнения ради, но я бы предпочёл заранее освоить какую-нибудь профессию. Чего не мог себе позволить, по крайней мере в этом возрасте.

То на то и выходило, что мой ум жителя информационного мира, где количество контента выходило за все разумные пределы, находился в информационной пустоши.

Ну и да. Мне всё же рассказали про магическую практику. При наличии кучи свободного времени, кто бы не уделил ей должного внимания? Я вот не уделил. Попробовал. Ещё раз попробовал. Ничего не понял, результата никакого волшебного не получил. На чём мой энтузиазм померк. Сунулся было к матери, но она посмеялась и ответила, что всё уже сказала.

— Делать надо, а не думать, — выдала она и волосы мне растрепала.

Прозвучало как мудрость шаолиньского монаха. Я ничего не понял, но потом задумался, что… эм… слишком много думаю.

А дальше, как и сказал, времени у меня было много, шило в попе заставляло делать хоть что-то, то на то и вышло.

В следующий месяц, с перебоями, я сформировал привычку держать внимание на ступнях и ощущение земли под ногами. Забавы ради. Довольно быстро я перестал это воспринимать всерьёз. Очень зря. Спустя этот месяц я заметил, что что-то меняется. Достаточно было присмотреться к другим людям. Как они ходят. Как стоят. Как нагрузка распределяется по их телу во время движения. Сам факт того, что я стал замечать такие вещи, уже удивил. Что подстегнуло интерес к практике. Я стал замечать, что и сам стою иначе.

Как самый типичный парень я в своё время ходил в секции получения по лицу. Успехов больших не достиг, но важность правильной стойки, то есть опоры, хорошо понимал. Сложить одно с другим не составило труда.

Чем больше я уделял этому внимания, тем больше изменений подмечал. Мой шаг менялся. В какой-то момент люди вокруг стали казаться жутко неуклюжими и неустойчивыми. Исключение — моя мать. Вот кто ходил как хищник. Очень мягкая, а когда надо, бесшумная походка. Я вдруг понял, что матушку будет очень сложно опрокинуть.

Дальше — больше. Мне в голову пришло множество самых разный идей. Не все они оправдали себя. Но я обнаружил, что тело становится сильнее, стал расти быстрее других детей. Ради интереса начал бегать. Тогда мой контакт с землёй посыпался и пришлось учиться заново. К шести годам я спокойно научился пробегать свою десятку километров или около того. Моё тело заметно окрепло. Росла выносливость. А ещё я не болел. Даже когда распространялась какая-то сезонная болячка, наподобие гриппа.

Самое смешное — никто этого не замечал. Кроме матери. И знаете, что она сделала? Нет, не стала меня учить. Принялась грузить домашней работой с утра до вечера. Дров наколи, куриц покорми, подмети всё, в колодце воду набери. Не тот список задач, который может вдохновить жителя мегаполиса. Хотел бы я сказать, что меня посетили озарения, но нет. Меня настигло материнское умение убеждать и ровно один подзатыльник. Следом за ним пришла банальная усталость от высоких нагрузок. Которая, в свою очередь, породила наконец-то ценные мысли. Так я открыл для себя, что грамотная опора позволяет распределять вес и нагрузку. Контакт с землёй научил меня тратить куда меньше сил. Спустя какое-то время я спокойно выполнял все обязанности по дому, не особо уставая. Ну и как бы очевидно же. Когда рядом нет качалки, чем ведро не тренажёр? А рубка дров и вовсе отличное упражнение на все группы мышц и координацию.

Было круто. Поначалу. А потом это превратилось в рутину.

Но матушка оказалась хитра. Ловко поддерживала мой интерес. Учёба всё же была. В качестве награды она водила меня в лес. И показывала, как ходить. Матушка была из тех, кто — отвернись на мгновение, легко скроется из виду среди зелени. Вот уж точно. Деревенская жительница. И немного маг.

Когда мне исполнилось семь лет, а случилось это в августе, кое-что поменялось в моей размеренной жизни. Во-первых, мне испекли большой торт. Во-вторых, отец подарил сразу несколько книжек из серии «Юный механик». Обусловлено это было тем, что скуки ради я помогал ему с машиной. Отец думал, что у меня талант. Я же смотрел на наше примитивное авто и тихо вздыхал. В-третьих, в сентябре мне предстояло пойти в местную школу. До которой от нашего села полчаса ходу пешком. В-четвертых, через несколько дней