Красный священник - Е. Юань

Все наши титанические усилия и годы подготовки канут в Лету.

— А если этот «Ученый древности» разыграл тройную многоходовочку и действительно сунулся к другим катакомбам — ему ни за какие коврижки не потянуть призыв еще одного ангела из пор истории. Вы сможете играючи, без шума и пыли пустить его в расход.

Произнося эти первые слова, Дринк Август уже уверенно шагнул в пробитый ритуалом туннель. Остаток Его речи покорно, слово за словом, договаривал оставшийся на месте призрачный силуэт.

В тайной усыпальнице графства Ахоа Азик Эггерс с ледяным, равнодушным взглядом окинул округу взором. Внезапно его тело начало раздуваться, обернувшись исполинской змеей, заслонившей собой всё пространство над гробницей.

Эта исполинская змея казалась одновременно иллюзорной и осязаемо реальной, словно сотканной из материй, неподвластных человеческому пониманию. Её туловище сплошь покрывала массивная, отливающая мертвенным черно-зеленым оттенком чешуя. Сквозь зазоры густо перли белоснежные перья, и на каждом пере, на каждой чешуйке пестрели диковинные мистические символы всевозможных форм. От одного лишь взгляда на эту мерзость плоть гнила заживо, превращая бедолагу в живого мертвеца.

То был не кто иной, как бог — пернатый змей, сошедший прямиком со страниц мифов и легенд Южного континента. В Его глазницах полыхало бледное пламя, а за спиной угрожающе распахнулась пара гротескно огромных, плотных крыльев.

Под завывания пронизывающего ветра свернувшийся в полувоздухе пернатый змей подался вперед. Распахнув пасть, Он изверг из себя ревущее бледное пламя, чьей мощи с лихвой хватило бы, чтобы наглухо затопить всю усыпальницу.

«…Историческая проекция мистера Азика, выуженная из пор истории, почти стопроцентно куда слабее оригинала, но даже она источает такую всесокрушающую ауру… Воистину, не зря он родной сын Смерти, Консул Смерти Баламской империи…» — окутанный Сокрытием Клейн, пускай и обкатывал призывы в открытом море, даже помыслить не мог, что вошедший в раж фантом Азика окажется настолько пугающе могущественным.

В этот самый миг из недр катакомб вырвалась россыпь тусклого, глубокого света, наглухо остановив бурлящее подобно цунами бледное пламя и не позволив ему продвинуться ни на дюйм.

Сливаясь воедино, эти искры стремительно вылепили человеческий силуэт. Это был не кто иной, как ангел второй Последовательности, «Балансир» — Дринк Август.

Едва узрев Его, окутанный Сокрытием Клейн внезапно окоченел, налившись пугающей, деревянной заторможенностью. Теперь он мог лишь тупо следовать инстинктам, поскольку подлинное тело сыщика благополучно вынырнуло из пор истории прямо снаружи тайной усыпальницы.

Следом Клейн через телепортацию переместился прямиком к другой сокрытой гробнице, затаившейся в низовьях реки Тассок. Оставаясь под покровом Сокрытия, он выудил еще один крошечный металлический флакон, духовностью вытянул из него кровь и принялся сноровисто вычерчивать в воздухе символ.

Спустя считанные секунды символ вступил в резонанс, распахнувшись призрачными вратами. Прихватив с собой марионеток Кьюнаса и Энъюни, Клейн без промедлений шагнул внутрь.

Разумеется, снаружи, в водах реки и лесных чащах, в засаде таились свежевылепленные болванчики.

…………

Тем временем на окраине Баклунда, в окрестностях «руин № 1», человеческий силуэт сбросил невидимость, вынырнув из пустоты.

У нее были глянцевые смоляные волосы, слегка округлое, прелестное личико, источающее чарующую, сладкую утонченность, и поистине выдающаяся аура. Это была не кто иная, как Демонесса Трисси.

Подобравшись вплотную к «руинам № 1», Трисси точно так же извлекла металлический пузырек. Опираясь на плещущуюся внутри кровь, она принялась вычерчивать тот самый знак, любезно предоставленный мистером «Дверь».

Иллюзорные врата стремительно обрели форму.

Глава 1146

Истинный шарлатан

Пройдя сквозь призрачные врата, Трисси вновь бесшумно скрыла свой силуэт и спрыгнула прямо с утеса у входа, устремившись в непроглядную, бездонную пучину темного ущелья.

Именно там таилась тайная усыпальница, берущая свое начало от «Кровавого Императора» Тюдора.

Во время падения тело Трисси стало легким, словно перышко, напрочь лишившись львиной доли своего веса, однако скорость её спуска ничуть не уступала обычному.

Никто из оставшихся здесь немногочисленных стражей даже не почуял её проникновения.

В тот самый миг, когда Трисси уже почти подобралась к цели, в её ушах внезапно раскатился голос:

— Здесь запрещено скрываться.

Силуэт Трисси тотчас же непреодолимо проступил из невидимости, а над монументальной усыпальницей на дне темного ущелья невесть когда возник мужчина.

Этот незнакомец щеголял вытянутым, прямоугольным лицом и белоснежным париком; над его губой топорщились густые усы, чьи кончики были залихватски закручены вверх, а кустистые брови соседствовали с неестественно большими глазами.

Его вычурный камзол, наброшенная поверх мантия и гротескно вытянутые носки туфель кричали о полнейшем диссонансе с нынешней модой — это был не кто иной, как поддерживающий Георга III полубог, принц Гроув.

Голову этого «Охотника за Хаосом» третьей Последовательности венчала корона, сплетенная из терновника, в недра которой непрестанно стекались кристально чистые лучи света, сплетаясь в сияющий «океан».

Запечатанный артефакт «0–36».

…………

Тем временем в низовьях реки Тассок, стоило лишь Клейну вкупе со своими марионетками, Кьюнасом и Энъюни, переступить порог призрачных врат, как в его разуме ослепительной вспышкой пронеслась картина:

Прямо по курсу возвышалась увенчанная острым шпилем непроницаемо-черная церковь, её широкие парадные двери были распахнуты настежь, обнажая скрывающихся внутри мужчин в комбинезонах, джентльменов в строгих костюмах с цилиндрами, девиц в блузках с оборками на манжетах и юных леди, чьи платья пестрели кружевными цветами…

И все они до единого безжизненно болтались в воздухе, не смея даже шелохнуться.

— А! А! А!

Стаи черных как смоль ворон кружили над шпилем храма, исторгая из себя леденящие душу крики.

Не оставалось ни малейшего пространства для иных догадок, Клейн почувствовал себя так, словно с размаху рухнул в полынью ледяного озера: тело сковало пронизывающим холодом, а волоски на затылке встали дыбом.

В его голове сумасшедшим вихрем пронеслись мириады мыслей, сливаясь в один-единственный вопящий крик:

Заратул!

В ту же долю секунды Клейн на чистых инстинктах принял решение: поменяться местами с оставленными во внешнем мире марионетками и немедленно вырваться за пределы этой «церкви».

Было кристально ясно, что он столкнулся с неким «чудом»: переступив порог призрачных врат, он так и не попал в тайную усыпальницу Георга III, очутившись в этом не поддающемся логике, диковинном месте.

В следующее мгновение он обнаружил, что «нити духовного тела», связывающие его с куклами во внешнем мире, наглухо оборвались и теперь стремительно плыли вверх, устремляясь прямиком в недра этого непроницаемо-черного храма.

Не обладай он интуицией, превосходящей его собственный ранг, и не почуй он фатальную угрозу заранее, он бы стопроцентно не успел среагировать и неминуемо оказался бы подвешенным в воздухе, пополнив ряды этих безжизненных марионеток.

Не имея времени на лишние раздумья, Клейн