Путешественник - Е. Юань

— А Гроссель… Исполин наверняка жаждал вернуться во «Двор Короля Гигантов». Вот только эта обитель существует лишь на страницах древних мифов, в реальности ее банально нет. Впрочем, и на Северном, и на Южном континентах еще уцелели кое-какие циклопические руины. Зароем великана там, пусть наконец обретет заслуженный, вечный покой.

«Двор Короля Гигантов»… Баклунд… Клейн в абсолютном безмолвии выслушал этот монолог и, взвесив всё в уме, глухо произнес:

— Прах Гросселя, Сноумена и Лонзела я беру на себя.

Сыщик резонно рассудил: в обозримом будущем — не прямо завтра, но и не через десятки лет — экспедиция Города Серебра неминуемо доберется до «Двора Короля Гигантов». Тогда-то он и передаст останки исполина и аскета малышу «Солнцу», дабы паренек мимоходом упокоил этих реликтов седой древности. А Баклунд служил конечной точкой его собственного маршрута — идеальная оказия вернуть домой воина, покинувшего родные края больше ста шестидесяти пяти лет назад.

Эдвина незамедлительно подхватила:

— «Золотая Мечта» частенько бросает якорь у берегов острова Соня. Останки Шьятас и Мобета — моя забота.

— Заметано. Значит, кремация тоже на твоей совести, — Андерсон перевел взгляд на Даница и, разрываясь между смешком и тяжелым вздохом, добавил: — Гляди, дружище, в этом мире у каждого есть свое предназначение. Так что кончай изводить себя унынием.

Искатель сокровищ всерьез ожидал, что пират не оценит дружеского порыва и вновь ощетинится свирепым взором. Однако прославленный корсар лишь пугающе сник, лицо его помрачнело, и он в глухом молчании кивнул.

— Кхм, раз уж нам довелось плечом к плечу выйти против «Северного Короля», давайте разберем эти трофеи по-братски. Будем считать это данью уважения их последней воле, — Андерсон небрежно кивнул подбородком на мерцающие посреди каюты сгустки. — Хех, держу пари, в этих Потусторонних характеристиках намертво въелись крохи их душ. Одному богу известно, чем это аукнется. Сваришь ли из них эликсир или отдашь мастеру на перековку в артефакт — диковинные сюрпризы обеспечены. Хотя зелье еще можно обуздать через метод «отыгрыша», а вот с реликвиями такой фокус не прокатит. Ой, да по твоему лицу вижу — ты ни сном ни духом об «отыгрыше». Забудь, считай, я сотрясал воздух впустую.

Последняя едкая шпилька предназначалась исключительно Даницу.

Клейн, пребывая не в том расположении духа, чтобы мысленно перемывать Андерсону косточки, обвел тяжелым взглядом четыре кристаллизовавшиеся Потусторонние характеристики и произнес:

— Наследие Шьятас забираю я.

Как-никак, это был стержневой ингредиент для эликсира «Океанского Певца»!

Эдвина, выдержав короткую паузу на раздумья, отозвалась:

— Тогда мне достанется характеристика Сноумена.

Этот материал соответствовал Пути «Жреца Света». У сыщика в закромах уже пылился точно такой же, а потому он благоразумно уступил его пиратке.

Андерсон скользнул ленивым взором по двум оставшимся сгусткам, намертво приковав внимание к жутковатой вещице, до боли напоминающей крошечную младенческую ладошку:

— Я же говорил, этот аристократ — малый весьма занятный. Глядишь, из его останков выйдет смастерить диковинный артефакт, с которым можно будет травить байки по вечерам. Так хоть с тоски не помрем.

На полу сиротливо мерцало лишь не обретшее хозяина «Сердце гиганта». Клейн скосил глаза на Даница и с ледяным равнодушием бросил:

— Твоё.

— Мне⁈ Да я же палец о палец не ударил! Даже в драку не совался… — ошарашенно выпалил Даниц, совершенно не ожидавший подобной щедрости.

Клейн лаконично отрезал:

— Ты шел в авангарде. Ты рисковал шкурой.

В глубине души Клейн расценивал этот жест как своеобразную компенсацию. Пират умудрился произнести сакральные титулы «Шута» и краем глаза заглянуть в тайны Германа Воробья. Теперь ему была уготована лишь одна участь — принудительно пополнить ряды паствы «Шута». Иной исход грозил обернуться фатальной, непредсказуемой брешью в безопасности.

И пускай корсар сунул голову в эту петлю по собственной воле, юноша всё же желал хоть как-то сгладить углы. Разумеется, он искренне уповал на то, что Даниц расценит эту щедрость исключительно как божественную милость самого «Шута».

Как ни крути, а Потусторонняя характеристика Гросселя открывала перед пиратом море возможностей. Спустит ли он ее за звонкую монету ради рецептов и зелий, или же перекует в надежный защитный артефакт — подобный куш в любом случае сослужит ему воистину колоссальную службу.

— Забирай, — Эдвина тоже перевела взгляд на своего боцмана.

— … Добро, — выдержав несколько секунд звенящего молчания, Даниц с тяжелой решимостью кивнул.

Покончив с дележом, Клейн сделал пару шагов вперед. Наклонившись, он бережно подхватил наследие Шьятас. Сквозь кристально прозрачную пленку мерно колыхалась лазурная, подобная океану жидкость, а до слуха словно донеслись едва уловимые, чарующие отголоски эльфийской песни.

Едва юноша успел выпрямиться, как краем глаза уловил странную картину: Даниц послушно кивнул, явно реагируя на чей-то приказ или вопрос. Вот только в каюте стояла гробовая тишина!

Взор Клейна тут же скользнул по ледяному, абсолютно бесстрастному лицу Эдвины. Юноша резонно заподозрил, что эта «Тайновед» виртуозно общается со своим подчиненным через какой-то скрытый, неслышный для посторонних ушей ментальный канал.

Удостоверившись в согласии пирата, Эдвина плавно потянулась к столу. С негромким хлопком захлопнув «Дневник путешествий Гросселя», она протянула фолиант Клейну:

— Примите это в знак моей глубочайшей признательности.

— Вы бы и без моего вмешательства стерли этого ледяного дракона в порошок, — Клейн даже не шелохнулся, сверля тяжелым взглядом переплетенный в желтовато-бурый пергамент талмуд.

— Отнюдь. Мы бы попросту сгинули там все до единого. Нам было не по силам выдержать тот последний, предсмертный натиск «Северного Короля». К тому же, добровольно шагнув в этот книжный мир, вы взвалили на себя колоссальный, смертоносный риск, — Эдвина, в своей извечной манере строгой учительницы, принялась скрупулезно, по полочкам раскладывать аргументы. — У меня есть лишь одна-единственная просьба: если вам всё же удастся докопаться до истинной природы и скрытых механизмов этой книги — не сочтите за труд поделиться со мной разгадкой.

Клейна и самого до одури сжигало жгучее любопытство выпотрошить все секреты «Дневника путешествий Гросселя». Услышав такие условия, он благоразумно отбросил ложную скромность и уверенно забрал проклятый фолиант:

— Договорились.

В свете последних откровений значимость «Двора Короля Гигантов» взлетела до небес. Юношу так и подмывало под шумок выкупить ту самую исполинскую, выкованную из черного железа отмычку стоимостью в пять тысяч фунтов. Однако он титаническим усилием воли прикусил язык, дабы «вице-адмирал Айсберг» не решила, будто он нагло, пользуясь положением спасителя, выкручивает ей руки.

Сыщик выстроил более изящный план: выждать пару-тройку часов, а то и до завтрашнего утра, затем