Правда, всегда - Нора Томас

Не думаю, что все будет так просто. Но если тебе понадобятся подмога и поддержка, просто позвони мне и Роуэну. Мы приедем сразу же.

— Позвоню, обещаю. Думаю, Деклан и Анни тоже будут здесь сегодня вечером. Все будет нормально. А если он откажется уезжать, у него есть пятеро братьев, а у меня — два и Папа. Он не сорвется из-за меня.

Клара смеется и качает головой:

— Если ты правда думаешь, что восемь мужчин смогут удержать его подальше от тебя, то ты капитально недооцениваешь Мака.

Мы отвлекаемся от разговоров о Маке и включаем наш любимый сериал, где участники соревнуются друг с другом, а в конце сезона остается только один победитель. Не успеваем и заметить, как в дверь стучит Роуэн, он пришел забрать Клару. Она впускает его, и он сразу идет ко мне. Я все еще лежу на диване, подключенная к машине, которая выкачивает кровь из моего тела, очищает ее и возвращает обратно. Осталось, может, минут десять, прежде чем Тори сможет меня отсоединить, и я смогу вернуться к жизни.

Он целует меня в макушку, а потом выпрямляется:

— Лелони.

— Роуэн, — отвечаю тем же строгим тоном, чем вызываю у него редкую, но настоящую усмешку.

— У Мака полно забот с тобой. Мой бедный брат.

Я театрально раскрываю рот, изображая возмущение:

— Грубиян! Ты вообще себя или своих братьев видел? Я в жизни не встречала более нуждающихся взрослых мужчин.

— Мы не нуждающиеся. Мы просто любим, когда наши жены и подружки, исполняющие роль эмоциональной поддержки, всегда рядом. Иди осуждай кого-нибудь другого, Ли, — в его мшисто-зеленых глазах пляшет озорство. Точно такого же цвета, как глаза того, в кого я влюблена… но который совсем другой мужчина.

— Ладно, ладно. Уходи уже, уводи свою жену-эмоциональную поддержку домой, пещерный ты человек.

Не теряя ни секунды, Роуэн подхватывает Клару на руки.

— Что ты делаешь, Роуэн? — восклицает она, пораженная.

— Я — Роуэн. Ты — Клара. Поехали домой, делать еще детей.

Я не могу сдержать смех, пока они уходят.

Устроившись поудобнее на своем месте, я закрываю глаза, но прежде чем дать себе задремать, отправляю сообщение сестре и Деклану: пусть заходят сами, когда приедут. Мне просто нужно немного вздремнуть.

Глава 24

Мак

Я наконец поднимаюсь к квартире Ли после того, что многие назвали бы эмоционально выматывающим днем. Меня гнетет тяжесть составления моральной описи и всего, что с этим связано. И хотя мой член умоляет меня схватить Ли и вонзиться в нее, душа шепчет, что мне нужно просто уложить ее в постель и держать в объятиях всю ночь.

Деклан достает ключ, о котором я даже не знал, и открывает ее дверь. Не теряя ни секунды, я захожу внутрь и оглядываюсь в поисках Ли. Только когда замечаю Анни в кресле, я наконец вижу Ли, она свернулась калачиком на диване и спит.

— Давно она вырубилась? — тихо спрашиваю я, подходя к ним.

— Примерно полтора часа назад. У нее сегодня тяжелый день, после диализа, если верить Тори, так что ей нужно поспать, — отвечает Анни, наблюдая за мной с недоверием. Она пока мне не верит, и я это понимаю.

— С каких пор она делает диализ по четвергам? — спрашиваю я в замешательстве. Обычно у нее понедельник, среда и пятница.

— С тех пор, как у вас появился повод поговорить. Но я бы отложила это до утра, чтобы она могла выспаться, и поговорила с ней до того, как в одиннадцать начнется диализ.

Мне бы, конечно, очень хотелось еще немного поцапаться с Анни, но сейчас у меня есть дела поважнее. Поднимая Ли на руки, я сразу понимаю, что она стала легче, чем в прошлый раз. Причем не на чуть-чуть, а гораздо. Мои брови сдвигаются, но когда Ли шевелится у меня на руках и шепчет мое имя, я просто тихо говорю ей, что это я, и она может снова засыпать.

Когда мы удобно устраиваемся в ее постели, я обнимаю ее крепко-крепко.

— Спи. Я рядом.

Мы оба засыпаем через считанные минуты, и я сплю лучше, чем когда в последний раз держал ее в своих объятиях.

* * *

Просыпаюсь утром с осознанием того, что сон, в котором Ли обхватывает губами мой член, на самом деле вовсе не был сном. Ее теплый рот поглощает почти всю длину, а рукой она ласкает то, что не помещается. Я запускаю пальцы в ее волосы и слегка тяну. Бедра сами приподнимаются с кровати, это немой сигнал продолжать. В следующую секунду я ощущаю, как головка моего члена касается глубины ее горла. Желание выебать ее рот становится почти невыносимым, и я сжимаю волосы сильнее. Она отстраняется, с мерзко-сладкой улыбкой на губах, а глаза у нее блестят, полные влаги.

— Доброе утро, Красавчик, — мурлычет она, проводя языком от основания до самой головки, а потом медленно втягивает в рот только верхушку.

— Блять, детка. Ты такая охуенно красивая, когда твои губы обхватывают мой член вот так.

Она снова берет меня глубоко, и я уже не могу сдержаться, я хватаю ее за голову, оттягиваю назад, пока окончательно не потерял над собой контроль.

— Лелони, послушай меня. — Я жду, пока ее глаза встретятся с моими, и делаю вдох. — Если тебе станет слишком, или нужно будет остановиться, просто дважды коснись моего бедра, хорошо?

Она кивает, прикусывая нижнюю губу.

— Ли! — резко окликаю я ее. И в ту же секунду чувствую себя мудаком, но ее согласие, это не то, чем я когда-либо буду пренебрегать.

— Да, сэр, — поспешно выдыхает она.

Я нежно провожу рукой по ее щеке:

— Вот она, моя хорошая маленькая шлюшка.

В ее глазах вспыхивает жар, и она стонет от удовольствия. Ей нравится, когда похвалу приправляют унижением, а мне нравится дарить ей именно это.

Удерживая ее за волосы на затылке, я направляю ее рот обратно на мой по-прежнему твердый как камень член. Задаю ритм, и она держит его, как ебаная чемпионка, позволяя мне двигаться навстречу каждому качку ее головы. Я смотрю на это, завороженный, чувствуя, как она все ближе подводит меня к разрядке.

— Блядь, детка, ты выглядишь просто охуенно. Не дождусь, когда после этого вылижу твою киску.

Она стонет, не переставая ласкать меня ртом, и я уже на грани. Будто чувствует — потому что в следующую секунду она проглатывает меня до самого конца. Я ощущаю, как ее горло сжимается вокруг моего члена — и этого достаточно. Огонь вспыхивает у основания