Крепче на изломе - Шеннон Стокер

как кенгуру, а мама Роуз, Анна, тренер Гивенс, Эмилия и остальные «Драконы» – и даже игроки из другой команды – вопили и хлопали, когда я заняла свое прежнее место. Я послала воздушный поцелуй папе, который вытирал глаза рукавом. Потом постучала клюшкой по земле и покосилась на Эмилию.

Она улыбнулась мне с горящими глазами. Мое сердце билось о ребра барабанной дробью, приветствуя мое возвращение.

Прозвучал свисток. Я вдавила бутсы в траву, и ветер развевал короткий пушок моих отрастающих волос, когда я мчалась в центр поля. Мяч немедленно полетел к нашим воротам, которые надежно обороняла пара новых девчонок против более крупных соперниц. В конце концов Эрин удалось завладеть мячом и дать пас Кайис, которая провела его через ноги быстрой защитницы. Еще одна соперница попыталась отобрать мяч, но Эмилия оказалась быстрее. Она пронеслась через поле и подвела мяч достаточно близко к воротам. На нее надвигались два защитника, и она посмотрела на меня. Но я была закрыта.

А вот Линди была открыта.

– Пасуй Линди! – закричала я, и Эмилия тут же отправила мяч ей.

– Линди, впере-о-од! У тебя тридцать секунд! Бей, Линди, бей!

За последние два года я много по чему скучала, но только не по маме Линди.

Линди ударила, но мяч отскочил от клюшки защитника, и Линди сумела снова его забрать возле края поля. Теперь возле нее были двое, и я думала, что она потеряет мяч… но вместо этого она подхватила его клюшкой и подбросила в воздух прямо над обоими защитниками.

Идеальный прием.

Я начала двигаться с той же скоростью, что и Линди, но защитник будто прилип ко мне.

Наша скамейка начала выкрикивать обратный отсчет времени от десяти, предупреждая, что матч почти закончился. Сейчас или никогда!

И тут я увидела возможность. Я развернулась, внезапно изменив направление и убегая прочь от Линди… а затем рванула прямо к воротам.

Я была открыта.

Семь, шесть, пять…

– Бей, Линди, бе-е-е-е-е-ей!

На долю секунды наши с Линди взгляды встретились. Она замахнулась клюшкой, и я ожидала, что мяч полетит в ворота. Но нет.

Он прилетел ко мне.

Три, два…

Бац!

Моя клюшка завибрировала, когда мяч влетел в сетку… как раз перед сигналом окончания матча.

На секунду наступила тишина, а потом мир вокруг меня взорвался. Я высоко подняла клюшку и почувствовала, как ноги отрываются от земли, когда сначала Эмилия, а за ней и вся наша команда подняла меня в воздух. Линди присоединилась к нам, и я опустила клюшку вниз, чтобы мы могли стукнуться клюшками. На трибунах папа, Вульфи, Анна и мама Роуз обнимались и танцевали, пока Софи лаяла и скакала рядом.

Когда меня наконец поставили на землю, ко мне подошла Линди.

– Отличный гол! – сказала она.

– Отличная голевая передача! – ответила я.

Мы улыбнулись друг другу, почти застенчиво, словно впервые встретились.

– И когда это ты научилась так здорово перекидывать мяч? Тебе нужно как-нибудь и меня научить.

– Линди! А ну, иди сюда сейчас же!

Лицо Линди вытянулось.

– Я с удовольствием! – сказала она мне, а затем развернулась и побежала обратно к матери.

– Ее, пожалуй, даже жаль… – Эмилия опустила локоть на мое плечо.

Когда мне делали химиотерапию, я почти перестала расти, и теперь Эмилия возвышалась надо мной чуть ли не на целый фут. Анна прибежала к нам на поле.

– Вы такие офигенные-е-е-е! – закричала она.

– В гости с ночевкой сегодня вечером? – предложила Эмилия.

– Да! Я за! – согласилась Анна.

Я кивнула.

– К кому пойдем?

– Моя очередь! – Эмилия подняла руку вверх. – Мама купила нам всякие штуки, чтобы делать ловцов снов!

Анна вдруг закашлялась, и Эмилия посмотрела на нее поверх моей головы.

– Ой… гм… я думаю, нам с Анной надо… в туалет сходить. Да, Анна?

Анна кивнула.

– Ага! Пописать надо! Пока-а-а-а!

На мгновение я задумалась, а не скрывают ли подруги от меня какой-то новый секрет.

– Привет, Твайла!

Голос Эллиота заставил меня подпрыгнуть.

– Привет! Я думала, ты вернешься из лагеря только на следующей неделе!

Его длинная фирменная челка исчезла, ей на смену пришла стильная стрижка, подчеркивающая глаза. Поразительно яркие зелено-голубые глаза.

Эллиот обхватил меня за талию и поцеловал.

– Я по тебе соскучился. Симпатичный мыс вдовы, кстати!

Моя рука взлетела к голове, где теперь красовалась суперкороткая стрижка. Слава богу, я уже не была похожа на лысого Древнего из комиксов о докторе Стрэндже, но волосы все еще были гораздо короче той длины, которую я бы предпочла, если бы не химиотерапия.

Я ухмыльнулась:

– Ну что тут скажешь? Генетика!

– Хочешь оставить короткую стрижку?

Я покачала головой:

– Ну уж нет. Я люблю длинные волосы.

Эллиот пожал плечами:

– Ну не знаю. Так тебе тоже очень идет.

У меня внутри все затрепетало.

Эллиот взял меня за руку, и мы пошли по длинной дороге вокруг поля.

– Ты уже получила результаты обследования?

На всем протяжении химиотерапии моя опухоль оставалась стабильной (врачи говорили, что именно это и было целью лечения), но мне все еще целый год требовалось проходить МРТ каждые три месяца. А потом, будем надеяться, промежутки между обследованиями будут все длиннее, пока не достигнут двенадцати месяцев… и так до конца моей жизни.

Я улыбнулась:

– Как раз сегодня утром. Все стабильно!

Эллиот нагнулся и сорвал одуванчик. С минуту смотрел на него, затем подул, рассеивая семена.

– Я знаю, что еще только лето, – сказал он, – но как ты думаешь, ты сможешь пойти на бал выпускников со мной?

– Надо сказать… это лучше, чем приглашать в день бала!

Эллиот наклонил голову.

– То есть… ты согласна?

Я кивнула:

– Ведь я же твоя девушка!

– Рад, что ты про это помнишь.

Ох уж эта его кривоватая улыбочка!

Тренер Гивенс позвала Эллиота, и он побежал к ней через парковку. Я направилась к трибунам, где Эмилия и Анна пытались (безуспешно) притвориться, будто не глазели на нас.

Неприятно это признавать, но Эмилия была права. Эллиот и в самом деле оказался жеодой.

Легкий порыв ветра наполнил воздух запахом жасмина. Над головой проплывали идеальные пушистые кучевые облака, прикрывая поле тенью, и я подняла лицо к небу. Закрыла глаза, впитывая звуки лета: пение птиц, отдаленный гомон расходящейся толпы и шепот ветра. Не так, как в лесу, но все равно здорово.

Похоже на мою нынешнюю жизнь.

Столько всего в ней изменилось.

Может быть, это и есть жизнь: череда непредсказуемых изменений. Два года назад мне бы и в голову не пришло, что я буду бороться с раком или проходить химиотерапию. А еще никогда бы не подумала, что Эллиот пригласит меня на наш второй бал в