Нулевой Атрибут-12. Измерение Приграничье - Дмитрий Янтарный

хотел Джи-Джи — полагаю, он простит Хима, — вкрадчиво сказал Ортега, — с учётом того, что именно силы Роя хотя бы на какое-то время защитили нашу реальность — было бы славно получить хоть какое-то признание не только от гостей из Системы.

Кнут неопределённо мотнул головой: непосредственно разборки Джи-Джи с Роем его уже явно интересовали мало. И в этот самый момент…

— Я тоже хочу пойти с ними, — сказала Ванда.

— Воля твоя, — Кнут равнодушно пожал плечами, — за тебя я не отвечаю. Ты пошла с нами потому, что сама так захотела — и вольна идти дальше, куда захочешь. Поэтому, если тебя не волнует, что скажет Хэнни, когда поймёт, что ты его бросила — ступай.

— Я повторю то же, что сказал Хим, — бесстрастно ответила Ванда, — я не бросаю его. Но я хочу увидеть мир, если для этого есть возможность. Потому что и сам Хэнни в своё время повидал мир, и не только этот. Так пусть не судит теперь меня за то, что я не хочу провести всю свою молодость в его таверне.

Кнут пожал плечами: эти детали его тоже мало интересовали. Зато был заинтересован кое-кто другой…

— Ванда, ну куда же ты уйдёшь? — с жалостью сказал Грынь, который всё ещё от слабости не мог стоять, и тянул к ней свои огромные руки, — ты же там пропадёшь, девочка моя…

— Она не твоя! — тут же прорычал Стив.

— Ах ты, наглая мелочь, — глаза Грыня немедленно начали наливаться кровью, — а ну, иди сюда, я тебе ещё раз по хребту копытом пройдусь!

Однако, не успел Стив ответить минотавру, как этот спор моментально прекратила сама Ванда. В следующий момент за спинами Стива и Грыня появилось по чёрной лапе — и оба спорщики получили по хорошей затрещине.

— А ну, угомонились! — прикрикнула она, — ишь, нашлись мне тут хозяева! Я пока ещё своя собственная!

Стива вообще никто не спрашивал, что он собирается делать. На его присутствие всем было плевать как во время начала похода, так и сейчас. Впрочем, Сарефу это было только на руку. Если на Стива здесь никто лишний раз не обращает внимания — из этого тоже можно будет извлечь свою пользу.

— Я тогда тоже иду с вами! — заявил Грынь, — а то мало ли что эти удумают по дороге…

— Нет, — равнодушно сказал Кнут, — хватит. Все остальные возвращаются домой.

— Но… — осторожно заметил Сареф, который хоть и понимал, как он сейчас играет с огнём, решил использовать свою наглость до конца, — мы бы на самом деле хотели бы взять с собой проводника. Кого-то, кто присмотрит за нами. Мне кажется, Керси будет недоволен, если узнает, что мы ушли с Роем просто так…

— Так не идите с Роем, в чём проблема⁈ — Кнут окончательно взбесился, и от его черепа пошли волны жара, ощутимые даже на расстоянии, — давай тогда мы уже все вместе охранять вас пойдём!

— Все нам не нужны, — ответил Сареф, не обращая внимания на эту вспышку, — а вот если бы нас сопровождал Ссэ — это было бы очень кстати. Он знаком с повадками Роя — и предупредит нас, если они замыслят какое-то… коварство. И он проводит нас обратно в Перекрёсток, когда мы побываем везде, где нам нужно.

— Это хорошая идея, — тут же закивал Ссэ, обретающийся рядом, — Ссэ присссмотрит, Ссэ проводит.

Кнут, явно собиравшийся взорваться новой вспышкой возмущения, неожиданно замолчал, обдумывая услышанное. И в этот момент Сареф понял, что, несмотря на все старания Керси, Джи-Джи и самого Ссэ, последний отнюдь не до конца прижился в страже Перекрёстка. На него всё ещё многие косо смотрели и не спешили оказывать доверие, которым по умолчанию пользовались остальные стражи Перекрёстка. Что уж тут говорить, если даже для беспристрастного Кнута возможность хотя бы ненадолго отделаться от Ссэ была настолько соблазнительной, что моментально подавила всё возможное возмущение.

— Ладно, — наконец, кивнул Кнут, — головой отвечаешь за них, Ссэ. Если уж Хим доверил тебе свою кровь — отрабатывай.

— Будет сссделано, — насекомый страж даже приложил мохнатую лапку к голове, отдавая честь, — присссмотрю, верну, не подведу.

— Тогда — нам здесь больше нечего делать. Уходим! — скомандовал Кнут. В тот же момент остальные стражи выстроились в две шеренги и направились обратно в Перекрёсток. И снова первым шёл Кнут, а следом за ним — 9 пар стражей. Если бы Ссэ возвращался с ними — он бы плёлся последним в одиночестве.

— Ну что ж… нам бы тоже не помешало выдвигаться, — деликатно заметил Ортега, — мы, конечно, понимаем, что вы не так выносливы, как мы, так что будем под вас подстраиваться… но и медлить тоже не хотелось бы.

— Как скажете, — кивнул Месс. Ортега отвернулся было, чтобы вернуться к своим солдатам… но всё же секунду спустя повернулся и, подойдя к Сарефу, взял его за левую руку.

— Что это? — спросил он, ткнув в Кольцо Силы.

— Как и эта Куртка, это была любимая вещь хозяина, — ответил Сареф, снова вспоминая бой с Орфом, чтобы не ляпнуть лишнего. Нет… Орф тогда не мог видеть ни кольцо, ни куртку, потому что Сареф раздал Реликтовые артефакты наёмникам Мэндрейк. Когда-то проявленная щедрость давала плоды там, где этого вообще нельзя было ожидать.

— Понимаю, — Ортега, усмехнувшись, отпустил руку Сарефа, — жаль. Если уж вы набрались смелости посетить наш… дом, то нам бы хотелось поторговать с вами по всем правилам. И нам есть, что предложить, уж можете поверить. В том числе и за этого птенца, — он ткнул пальцем в Рюка, который настороженно на них смотрел, — но торговать памятью хозяина ты, конечно, не будешь.

— Нет, — покачал головой Сареф, — я не умираю с голоду, чтобы отдавать эти вещи. Ведь если… то есть, разумеется, когда хозяин очнётся — он будет огорчён, если не увидит своих любимых вещей. Потому что это не только моя память. Это последние капли его памяти о той жизни, которой у него уже никогда не будет.

Ортега равнодушно кивнул. Ему, будучи частью коллективного разума, все эти переживания явно были чужды, но он, заинтригованный возможностью хоть какого-то взаимодействия, вежливо играл по чужим правилам. Несколько минут спустя они