Место под солнцем - Полина Дашкова

– Что, голышом? – не удержался майор.

– Нет, избави Бог. До такого не дошло, – замахала рукамибабушка, – ее сняли в каком-то кафе, рядом с сыном известного артиста. Тамназвана его фамилия, сказано, что он владеет игорным заведением, женат наизвестной балерине, но сердце его так переполняет нежность, что он не можетостановиться. Вы представляете, подобный тон в печатном издании?!

Гуськова вцепилась в его рукав и тараторила так быстро, чтостала задыхаться. Майор отлично представил себе подобный тон, а потому раздумалуходить, опустился на скамейку и закурил.

– Не волнуйтесь, Иветта Тихоновна. Я не уйду, пока вы нерасскажете все, что считаете нужным.

– Спасибо. – Старушка перевела дух и продолжала ужеспокойней:

– Мою внучку обозвали загадочной красоткой Оленькой Г. Нонамек совершенно прозрачный! Совершенно! Так вот. Этот человек женат, и у моейОли с ним роман. Я знаю, для девочки это очень серьезно. У нее не товоспитание, чтобы, как теперешние, развлекаться подобным образом. Я пыталась сней говорить, но она давно меня не слушает. Она стала врать мне, приходитьочень поздно, а я… – Иветта Тихоновна, давайте вернемся к тому молодомучеловеку, который приходил к вам домой, – осторожно перебил ее Иван, – вы ведьпонимаете, это самое важное. Вы можете вспомнить, когда именно он приходил квам? Какого числа?

– Конечно, могу. Это было второго сентября. Оля ушла вуниверситет. Я всю жизнь проработала в системе народного образования, первоесентября для меня особенный день. А мальчик приходил второго утром, околоодиннадцати.

– Как он выглядел?

– Совсем молоденький, не старше восемнадцати. Худенькийтакой, с приятным лицом, с усиками. Он принес продукты, хорошие продукты –ветчину, сыр, апельсиновый сок, шоколадные конфеты. Такие конфеты потомприносила Маргарита, очень вкусные, там разная начинка – пралине, суфле. Икрасивая коробка.

– Маргарита Крестовская? – уточнил майор.

– Да. Она очень воспитанная, внимательная девочка, частобывает у нас, они с Олей дружат с первого класса.

– Пожалуйста, постарайтесь описать молодого человекаподробней. Рост, цвет волос, может, что-то запоминающееся в лице?

– Волос я не видела. Мальчик был в черной кожаной кепке и неснял ее, когда вошел. Я не стала делать замечание, промолчала, как тактичныйчеловек. Рост средний, лицо приятное, ничего такого запоминающегося. Усикитемные, аккуратные.

– Он показал вам какое-нибудь удостоверение?

– Разумеется! Разве я бы впустила его в дом без документа?Оля ушла в университет. А у меня поднялось давление, и знаете, в тот день быламагнитная буря. На вас влияют магнитные бури?

– Да, конечно, – рассеянно кивнул Иван и тут же раскаялся.

– А что вы чувствуете? Я, например, чувствую страшнуюслабость и головокружение. И знаете, так покалывает в ногах, прямо будто мелкиеиголочки. И еще – в глазах темнеет, особенно если смотришь в одну точку. Вы усебя наблюдали подобные симптомы?

– Наблюдал. Скажите, вы не помните, как выгляделоудостоверение?

– Отлично помню. Солидная красная книжечка, снаружи ничегоне написано, а внутри – фотография, круглая печать, фамилия. Я и фамилиюзапомнила, представьте. Она очень простая: Петров.

– А какая там обозначена организация? – спросил Иван иподумал, что, в общем, это не имеет значения.

Красные книжечки продаются на Арбате. Можно сварганить себелюбой документ, вклеить фотографию, изобразить печать. Чтобы обмануть такуюстаруху, не надо особенно стараться.

– Комитет ветеранов Афганистана. Все как положено. Моя дочьи ее муж, родители Ольги, были офицерами, и мы являемся родственникамипогибших.

– Это я знаю. Скажите, а раньше вам приносили продукты отэтой организации?

– Нет. Мы получаем небольшое пособие, но продукты принесливпервые. Этот мальчик, Петров, объяснил мне, что пришла гуманитарная помощь изАмерики. Потребовалось найти мое пенсионное удостоверение. Оля такаярассеянная, постоянно кладет все в разные места. Знаете, она вообще все теряетв последнее время. Даже одежду, нижнее белье. Мне необходимо хорошо питаться,каждая копейка на счету, а она все теряет, потом приходится покупать новыевещи. При теперешних ценах это просто невозможно. Вам, как официальному лицу, ямогу сказать, недавно она потеряла бюстгальтер, хороший, почти новый. Перерылавесь дом и не могла найти.

– Простите, Иветта Тихоновна, давайте мы не будемотвлекаться от главного. Значит, понадобилось ваше пенсионное удостоверение.

– Да. А я себя плохо чувствовала, мне трудно было искать. Яспросила, нельзя ли просто сообщить все данные, которые есть в удостоверении. Яих помню наизусть. А он говорит, нет, к сожалению. Нужны еще другие документы –свидетельства о смерти, оба, Марины и Николая. И очень любезно предложил мне,мол, вы скажите, где все это может лежать, я сам посмотрю. Ну, я не возражала,красть в нашем доме нечего. А все документы Марины и Николая лежат в том ящике,где пистолет. Мне тогда не пришло в голову, что этот Петров заметит его. Ясовершенно не беспокоилась, документы лежали на видном месте, сразу как откроешьящик, а пистолет – в самой глубине, в шкатулке.

– Вы проверили ящик после того, как молодой человек ушел?

– Нет. Я плохо себя чувствовала. Это только потом мне пришлов голову.

– Когда именно?

– Когда я узнала, что Олю подозревают в убийстве, яподумала: наверное, из-за этого пистолета. И сразу вспомнила, как Петровоткрывал ящик.

– А потом, после второго сентября, кто-нибудь постороннийприходил к вам, открывал ящик?

– Из посторонних никого. Только вы. Кто-то еще к Оле зашел,сразу после вас. Я мельком увидела, он в кухне сидел, в комнату не зашел.Толстый такой мужчина, солидный. Я потом спросила Олю: кто это, она сказала,мол, знакомый.

– Сама Ольга при вас за последние дни открывала ящик? Бралав руки шкатулку с пистолетом?

– Не помню. Она за этим столом часто занимается, я ведь неслежу, какие ящики она открывает. За Петровым я наблюдала, он чужой. А завнучкой своей зачем?

– Вы рассказали Ольге об этом Петрове? Старушка почему-то густопокраснела и поджала губы.

– Иветта Тихоновна, рассказали или нет?

– Нет.

– Почему?

– Так получилось… Она вернулась очень поздно в тот день. Мнехотелось есть, и пока я ее ждала… В общем, я сама не заметила, как съела все, иветчину, и сыр. И потом уже не хотела ее огорчать. Врач ей сказал, мне нельзяпереедать, нельзя полнеть в моем возрасте… Скажите, у вас случайно неткаких-нибудь фруктов?