Красный священник - Е. Юань

ведь этот предводитель «Ловчих Двора» никогда не взывал к сакральному имени «Шута», а потому затянуть его над серой мглой было попросту немыслимо.

Впрочем, по сравнению с былыми временами, сжимая в руке «Скипетр Морского бога» и опираясь на «световую точку молитвы», нынче Клейн мог провернуть куда больше.

Не теряя ни доли секунды, он вобрал в себя Карту «Темного Императора», зачерпнул мощь таинственного измерения над серой мглой и велел «Бумажному ангелу», несущему его собственные слова, просочиться сквозь темно-красную звезду прямиком в материальную реальность, обрушившись на угасающий дух «Убийцы Света» Миргонгена.

Это был самый изящный способ не уронить заоблачный статус «Шута», как-никак, «Истинный Творец» всё еще не сводил всевидящего ока с этого сектора.

В тот самый миг, когда сознание Миргонгена стремительно мутилось, перед его внутренним взором внезапно соткался силуэт ангела с многослойными черными крыльями за спиной.

Скорость распада его духовного тела слегка замедлилась, а в ушах раскатился монументальный, дышащий первобытным величием баритон:

— Каков ритуал возвышения и вспомогательные материалы для эликсира «Серебряного Рыцаря»?

— Сасрир действительно покоится в чертогах Короля Гигантов?

Миргонген заторможенно, словно в бреду, отозвался:

— Ритуал возвышения «Серебряного Рыцаря» берет свои истоки из «Скрижали Богохульства». Надлежит обустроить сложнейший алтарь, ювелирно расставив на нем останки шести могущественных тварей, убитых собственными руками, и испросить божественного благословения…

— Вспомогательные материалы…

— Я не могу ручаться, но… те врата так ни разу и не распахнулись с тех самых пор, как владыка Сасрир переступил их порог…

Пока он говорил, дух Миргонгена неумолимо и безвозвратно таял. Наконец, его силы иссякли окончательно. Распавшись на мириады сияющих искр, он слился с вечными, незыблемыми сумерками «Двора Короля Гигантов».

Весь этот диалог разыгрался исключительно в глубинах разума, оставшись тайной за семью печатями для остальных.

«Хвала небесам за мою параноидальную осмотрительность: я благоразумно не стал выпытывать у Миргонгена стержневые ингредиенты эликсира „Серебряного Рыцаря“. Как ни крути, их всегда можно с успехом заменить готовыми Потусторонними характеристиками. В противном случае я бы ни за что не успел услышать ответ на второй вопрос…» — «Шут» беззвучно, с колоссальным облегчением перевел дух, мысленно похвалив себя за виртуозную хватку.

Вслед за этим он перевел фокус внимания, начав скрупулезно препарировать последние слова Миргонгена:

'Божественное благословение? А не слишком ли зубодробительные требования для ритуала какой-то жалкой третьей Последовательности?.. Э-э, тут нужно делать скидку на специфику эпохи. Миргонген — реликтовый мастодонт, выживший еще со Второй Эпохи. У них было в порядке вещей величать ангелов «вспомогательными богами», причисляя к божественному пантеону. Стало быть, благословения ангельского калибра должно хватить с лихвой. Хм, чуть погодя раскину карты для железобетонной уверенности… Разумеется, даже если ангельского благословения будет достаточно, у меня пока всё равно связаны руки. Остается лишь уповать на Запечатанные артефакты «0» класса из закромов Города Серебра: вдруг там сохранилась живая характеристика, с которой удастся навести мосты…

Обустройство этого алтаря — та еще заноза… Неужто эти шесть могущественных тварей, пущенных в расход лично, обязаны дотягивать до полубожественного ранга? Для «Охотников на Демонов» за пределами «Земли, покинутой богами», это чистой воды самоубийство. Где там сыскать столько дичи полубожественного калибра, чтобы и без крыши, и без ложи за спиной… Опираясь на эту логику, Церковь Бога Войны, сохранив фундаментальную суть таинства, почти стопроцентно нащупала альтернативный обходной маневр… Выходит, именно в этом и кроется зияющая пропасть между второй «Скрижалью Богохульства» и первой?

Впрочем, для Вождя Города Серебра, умудренного сединами и шрамами, пустить в расход шестерку-другую хтонических монстров — пара пустяков… С этим проблем точно не возникнет'.

Поскольку Клейну было доподлинно известно, что вторая «Скрижаль Богохульства» вынырнула в этом мире лишь после краха Древнего бога Солнца, он вынес железобетонный вердикт: «Убийца Света» Миргонген вещал именно о первой «Скрижали».

Сноровисто соткав из пустоты пергамент, юноша размашисто вывел расшифрованные нюансы ритуала вкупе с материалами и пустил в ход цитриновый маятник. Прорицание дало кристально чистый, утвердительный ответ.

После чего он небрежным жестом зашвырнул эту бесценную агентурную сводку прямиком в темно-красную звезду, символизирующую «Солнце».

«Это дар господина Шута». Покончив с делами, Клейн с горькой самоиронией усмехнулся. Юношу всё сильнее грызло ощущение, что ответ Миргонгена на второй вопрос таит в себе изрядное двойное дно:

Тот ни словом не обмолвился о том, действительно ли Сасрир погрузился в спячку. Лишь констатировал голый факт: с того самого мига, как Темный Ангел переступил порог, врата так и остались наглухо запертыми.

И заперты были исключительно те самые парадные врата.

«„Бог Знаний и Мудрости“ подкинул мне ключ, Адам великодушно ссудил „Неомраченным крестом“… Неужто эти мастодонты спят и видят, как бы моими руками распахнуть створки и прощупать истинное состояние „Темного Ангела“?» В вихре этих мыслей Клейна внезапно пробрало холодом, и он вознес хвалу небесам за то, что «Истинный Творец», судя по всему, остался равнодушен к этой заварушке. Вздумай этот безумный бог снизойти прямо сейчас и попытаться наложить лапы на угасающий дух Миргонгена — «Бумажный ангел» «Шута» неминуемо столкнулся бы с Ним лоб в лоб!

И это обернулось бы поистине фатальным, гротескным фиаско.

Тем временем Деррик наконец-то осмелился распахнуть глаза. Его лицо отливало мертвенной бледностью от чудовищной кровопотери — чтобы поддерживать барьер «Неомраченной сферы», крест безжалостно выпил из него изрядную долю жизненных соков.

Затравленно заозиравшись по сторонам, паренек намертво стиснул «Неомраченный крест» у груди и принялся истово, от всего сердца благодарить господина «Шута».

В этот самый миг Хайм, сноровисто пристроив исполинский молот «Рев Бога Грома» вкупе с собственным арсеналом, скинул с плеч походный мешок. Порывшись в недрах, он выудил сменный комплект одежды и бросил его Вождю.

Для следопытов Города Серебра это было в порядке вещей: если твои доспехи или робы не выкованы из Потусторонних материалов и не являются мистическими артефактами, в пылу кровавой бани они неминуемо разлетятся в клочья. А потому запасной гардероб был железобетонным правилом.

— Для них одежда служила отнюдь не только ширмой, прикрывающей наготу; куда важнее было обилие карманов и тайников для распихивания трофеев, зелий и оккультных амулетов.

Колин Илиад, параноидально прочесав округу цепким взглядом и не нащупав ни малейших аномалий, молниеносно натянул свежие шмотки. Склонившись над усеянной после битвы металлическими флакончиками землей, старец безошибочно выхватил нужную склянку. Сухо свернув пробку, он в пару глотков осушил эликсир.

Его лицо тут же пошло мертвенно-зеленоватыми пятнами, словно от тяжелейшего отравления, однако зияющие раны и стремительно угасающая аура начали уверенно идти на поправку.

Ловия, чьи силенки тоже были на исходе, благоразумно