Полдень, XXI век №3 2004 - Евгений Юрьевич Лукин

тысячу строителей, нагнать техники, построить запруду, прорыть новое русло, ИЗМЕНИТЬ ТЕЧЕНИЕ РЕКИ, но... Но для этого нужны ТЫСЯЧИ людей, сотни машин и многие годы их совместной работы! И что замечательно: если, построив запруду (изменив русло), человек-организатор умрет — строители разбегутся, машины сгниют в кюветах, и уже через сотню-другую лет (срок ничтожный в жизни реки) все, скорее всего, вернется на круги своя. Река — это история. Вода (триллионы молекул, совершающих очень сложные собственные движения, но все вместе движущиеся ПО РАВНОДЕЙСТВУЮЩЕЙ всех сил) — это человечество. «Человек» — это Петр Великий. Он основательно взбаламутил нашу реку, да, это бесспорно. Но он был отнюдь не один, у него была армия единомышленников, готовых «менять течение», он рыл обводный канал и строил запруды на пути азиатской России добрые три десятка лет, но вот он ушел, и что же? Все успокоилось, запруды подрассосались, обводные каналы заросли водорослями, все вернулось на круги своя... Не берусь судить сам — отсылаю вас к профессионалам (к Ключевскому, например), утверждающим, что ФОРМА российской жизни во многом переменилась, СУТЬ же ее осталась прежней. Да она, эта суть, и сегодня в значительной степени все та же: феодальный менталитет, азиатчина, неприязнь ко всему иностранному, готовность «служить» и нежелание работать — все это и до сих пор осталось в неизменности, будто не и прошло четырех веков.

Конечно, все изменяется. Конечно, встречаются в истории отдельные личности, благодаря которым происходят исторические рывки и даже сдвиги (рельеф дна нашей «реки» меняется, обрушиваются берега, возникают новые островки посреди течения), но решающие изменения происходят ТОЛЬКО под влиянием миллионов людей и ТОЛЬКО на протяжении многих и многих лет. И уж совершенно бесспорным может считаться мое утверждение: «роль личности в истории ничтожно мала», ибо миллионы и миллионы личностей уходят из мира сего, абсолютно ничего в нем не изменив (более того — поспособствовав тому, чтобы ничего не менялось!), а те немногочисленные единицы, которые, казалось бы, ухитряются что-то в этом мире поменять, на самом деле оказываются на это способны только потому, что «угадывают» желания тысяч и тысяч, вместе с которыми и отклоняют направление равнодействующей — если сильно, то не надолго, если надолго, то значит, не сильно.

Причиной многих исторических потрясений стало стремление человеческих масс к обществу справедливости, к утопии. Достижима ли она?

Я не верю в утопию — ни в каком смысле этого слова. Но я знаю, что мир, общество и даже человек со временем меняются. Совершенствуются ли они? Не знаю, не уверен. Понятие «совершенство» никем не определено, а те определения, которые предлагаются, противоречат друг другу и в конечном итоге раздражающе субъективны. «Усложняются» — это звучит, казалось бы, более веско, но, может быть, и это всего лишь иллюзия? Чем измерить сложность мира и социума? Разве не показалась бы наша Солнечная система удивительно простой, скажем, Аристотелю? А наша политическая жизнь не показалась бы примитивной Макиавелли? Совокупность знаний о мире и обществе выросла безусловно, но стали ли от этого сложнее мир и социум?

Как вы относитесь к так называемой «теории мировой элиты»? Ведь основной финансовый капитал накоплен у очень ограниченной группы людей, которые вполне могут иметь возможность влиять на положение дел в нашем мире к своей выгоде.

Есть такая болезнь — конспирофобия. Ею страдают миллионы, может быть, сотни миллионов людей на земном шаре. Им везде чудятся заговоры — заговор евреев, заговор коммунистов, заговор исламистов, заговор Девяти, заговор пришельцев. По этому поводу написаны тысячи книг и сотни тысяч статей и обзоров. На мой взгляд, все это — неплохой материал для фантастических романов, но на большее конспирофобия никак не тянет. Несерьезно. «Не бывает».

Верите ли вы в то, что современная молодёжь имеет достаточный потенциал для изменения страны и планеты?

Я безусловно верю, что «современная молодежь имеет достаточный потенциал для изменения страны и планеты». Почему бы, собственно, нет?

Каково ваше отношение к коммунизму как теории? Может быть, человечество еще не готово к его адекватному восприятию? Какая формация придет на смену капитализму?

Теории коммунизма не существует. То, чему учили студентов моего поколения, не было собственно теорией коммунизма. Это был набор утверждений, главным образом, отрицающих. «Коммунизм есть строй, при котором нет эксплуатации человека человеком», «...строй, при котором нет войн... нет партий... нет государства...» А что же есть? «Знамя, на коем начертано: от каждого по способностям, каждому по потребностям». Вот и вся теория. Для нас (АБС) коммунизм есть строй, при котором свободный человек имеет возможность заниматься любимым делом; строй, при котором высшим счастьем человека является наслаждение творчеством. Это тоже, конечно, не строгое определение, но его достаточно, чтобы построить образ Мира Полудня, что мы и сделали. Достижим ли этот Мир? Не знаю. Без создания теории и практики Высокого Воспитания, скорее всего, недостижим. Что будет после капитализма? Так называемое постиндустриальное общество. Оно уже реализовалось в странах «сытого миллиарда». Мир «хищных вещей века», если угодно. Не сахар, но далеко не самое плохое общество из всех возможных.

Не считаете ли вы, что при существующем ныне резком расслоении людей на «мыслящих» и всех прочих вскоре мы получим ситуацию, описанную Германом Гессе в «Игре в бисер»: духовная элита полностью обособляется и живет в своем мирке? Или даже наступит ПОЛНАЯ потеря человечеством духовности.

Не верю ни в какие апокалипсисы. Вся история человечества — это история его демократизации (как это ни странно). Никогда в истории духовная элита не была так близка к демосу, как сейчас, — во всяком случае, если брать европеизированные страны. Что, впрочем, не противоречит и существованию упомянутых вами «мирков». Только общество наше так устроено, что в «мирках» можно развлекаться, отдыхать (душою) и даже работать некоторое (ограниченное) время, а потом — хочешь не хочешь — приходится выходить в Мир и жить в нем. И не думаю, что такое положение дел изменится в обозримом будущем.

Что сейчас движет обществом, общественным сознанием, если не наука?

Что движет сейчас человечеством, я не знаю. Полагаю, то же, что и раньше. И уж конечно, не наука. Наука сама есть результат движения, а вовсе не только лишь локомотив его.

Что вы считаете главной опасностью для человечества сейчас?

Главная опасность сегодня — возврат тоталитаризма — и в нашей стране, и в мире. Если начнется «мировая война с терроризмом» или если возникнет энергетический кризис, тоталитаризм вернется, и это будет ужасно.

Не кажется