Красный священник - Е. Юань

— Ночная фиалка, трава, посвященная Алой Луне, молю, донеси мои слова до слуха Богини!

— Лунный цветок, трава, посвященная Алой Луне, молю, донеси мои слова до слуха Богини!

Завершив чтение мантры, Клейн замер в терпеливом ожидании. Увы, минуты текли, но ничего так и не стряслось — алтарь хранил глухое, мертвенное безмолвие, не удостоив его ни малейшим откликом.

«Какого дьявола… Неужто Богиня сейчас находится на столь критическом, переломном рубеже узурпации „Уникальности“ Пути „Смерти“, что банально не в силах ниспослать откровение, выходящее за рамки заурядной нормы? А что, если всё-таки рискнуть и вознести мольбы искусственному богу Смерти? Как ни крути, даруй Он мне эгиду Сокрытия — и всевидящее око Амона ослепнет. А если фокус не выгорит, то и источник возмущений на нитях рока запеленгуют совершенно в другом месте…» — Клейн сурово, до боли свел брови на переносице. Свернув таинство, он принялся сноровисто зачищать алтарь.

Сыщик нутром чуял: придется рыть землю носом и искать иные лазейки.

Окончательно приведя письменный стол в порядок, он развернулся, намереваясь рухнуть в мягкое кресло-качалку, как вдруг его взор выхватил внезапно возникший человеческий силуэт!

Незнакомка куталась в донельзя скромную, испещренную грубыми стежками льняную рясу. На талии болтался импровизированный пояс, грубо сплетенный из древесной коры. Иссиня-черные, как смоль, волосы небрежным каскадом струились по плечам, а босые ступни, не знавшие ни обуви, ни чулок, густо покрывали дорожная пыль и застарелые шрамы.

Это была женщина. Черты её лица казались до одури заурядными, а в бездонных, темных глазах не таилось ничего, что отличало бы их от глаз простого смертного. И всё же, стоило Клейну лишь скользнуть по ней взглядом, как его душу мгновенно, словно по волшебству, затопила кристальная, первозданная безмятежность. И даже вспыхнувшая было леденящая паника вкупе с боевой готовностью оказались не в силах пробить брешь в этом незыблемом, абсолютном покое.

Глава 992

Поздравления Арродеса

— Вы кто? — поинтересовался Клейн, пребывая в донельзя сложном, но на удивление спокойном состоянии.

Облаченная в грубую, аскетичную рясу леди едва заметно кивнула:

— Арианна, Слуга Сокрытия.

«Слуга Сокрытия… Арианна…» Взгляд Клейна слегка застыл. Юноша мгновенно осознал, кто именно стоит перед ним.

Как-никак, будучи в прошлом Ночным Ястребом, он попросту не мог не знать этого имени!

Настоятельница Монастыря Вечной Ночи, первая среди тринадцати архиепископов, наиболее вероятная преемница на престоле Папы — любой из этих титулов являлся железобетонным, базовым фактом как в теологии, так и в оккультизме!

Что же касалось самого звания «Слуги Сокрытия», то оно уже всплывало в дневниках великого императора Рассела. Сплетая его со схожим по звучанию «Служителем Тайн», Клейн давно подозревал, что речь идет об ангельском чине. Вдобавок, опираясь на незыблемый закон сохранения Потусторонних характеристик и тот факт, что нулевая Последовательность этого Пути занята самой Богиней, Арианна никак не могла стоять на первой ступени. А значит, «Слуга Сокрытия» почти стопроцентно соответствовал второй Последовательности домена «Ночи».

«Выходит… Богиня вовсе не проигнорировала мою мольбу, просто Ее отклик оказался весьма своеобразным… Взяла и прислала свою личную Служительницу…» В душе Клейна бушевала такая буря эмоций, что описать её словами было попросту немыслимо.

Погрузившись в звенящее молчание на пару секунд, сыщик отвесил глубокий, почтительный поклон:

— Добрый день, Ваше Высочество Арианна.

В традициях великих Церквей, если полубог ангельского ранга ступал по земной тверди, к нему в знак глубочайшего пиетета надлежало обращаться «Ваше Высочество». Точно так же к представителям божественной воли на земле — Папе или Патриарху — обращались «Ваше Святейшество». Помимо этого, владыку Церкви могли величать «Святым престолом», хотя зачастую этот титул применялся и к самой штаб-квартире ордена.

Арианна благоговейно очертила на груди четыре точки по часовой стрелке и отозвалась:

— Да пребудет с тобой благословение Богини.

Следом она добавила:

— Я лишь простая аскетка. Можешь смело звать меня мадам.

— Как скажете, мадам Арианна, — Клейн благоразумно не стал упорствовать.

Арианна обдала его безмятежным, ровным взглядом и без предисловий спросила:

— Ты вознамерился выступить против аватара «Богохульника» Амона, что засел в Баклунде?

— Истинно так. Я искренне уповаю на покровительство Сокрытия, — с обезоруживающей прямотой признался юноша.

В эту самую секунду его вдруг кольнуло легкое замешательство: всё шло вразрез с его изначальными расчетами.

Его план был донельзя прагматичен: Богиня милостиво ниспосылает Свою благодать и незримый щит, после чего он в тандеме с Леонардом и угнездившимся в нем Паллесом Сороастром сноровисто зачищает всех баклундских клонов Амона. При таком раскладе тайна поэта и ангела Пути «Мародера» так и осталась бы покрыта мраком. Но теперь «покровительство» обрело вполне осязаемую плоть и собиралось лично ввязаться в драку! Стоит Паллесу лишь высунуться — Его тут же выведут на чистую воду, и тогда финал этой пьесы станет абсолютно непредсказуемым!

«Неужто придется отказаться от боевой поддержки Паллеса? Отвести Ему лишь роль осведомителя и отстегнуть долю трофеев?» Пока эти мысли лихорадочным вихрем неслись в голове сыщика, Арианна размеренно, никуда не спеша произнесла:

— Я могу пустить в ход мощь Сокрытия, дабы всё случившееся осталось наглухо укрытым от чужих взоров. Вот только поручиться за то, что мы выжжем абсолютно всех клонов Амона в столице, я не в силах.

«А Паллес Сороастр клялся, что Ему это по зубам… Как ни крути, а лучше всех Амона знает лишь ангел первой Последовательности с Его же стези…» — немного поразмыслив, Клейн ответил:

— Мадам Арианна, у меня уже выстроен безупречный, железобетонный план. От вас требуется лишь ниспослать покров Сокрытия. Вступать в открытую сечу совершенно ни к чему — всё остальное я беру на себя.

Арианна кивнула. Плавно вскинув правую руку, она раскрыла ладонь.

Из ниоткуда вспыхнули кристально чистые, но при этом дышащие непроницаемой глубиной лучи света. В мгновение ока они сплелись воедино, выковав прямо над её рукой изящный орден.

Знак, словно выточенный из цельного черного самоцвета, был безупречно прозрачным. Он источал диковинную, парадоксальную ауру: пока ты смотришь на него, он абсолютно осязаем, но стоит лишь отвести глаза — и вещица будто бесследно испаряется из реальности.

— Это моя личная эмблема Ночи. Сама по себе она напрочь лишена Потусторонних характеристик и убойной мощи. Её единственное предназначение — навести между нами мосты при активации, в какой бы точке материального мира ты ни находился, — лаконично пояснила Арианна. — Прежде чем ударишь, не забудь пустить её в дело, и я укрою тебя щитом Сокрытия. Если же припрет к стенке