Красный священник - Е. Юань

До смерти боюсь, что не смогу удержать себя в узде. Меня денно и нощно раздирает первобытная, неконтролируемая жажда размножения…

— Первобытная жажда размножения? — Фрэнк Ли, внимавший этому диалогу, внезапно просиял. Его глаза хищно блеснули, и он переспросил, словно желая удостовериться в услышанном.

Шарф впал в легкий ступор, совершенно не понимая, стоит ли ему кивать или мотать головой.

Старпом тут же повернулся к «Адмиралу Звезд» Катлее и с нескрываемым, бьющим через край воодушевлением поинтересовался:

— Капитан, так это и есть мой новый лабораторный ассистент?

— Эта его черта просто выше всяких похвал!

Катлея выдержала несколько секунд звенящей тишины, после чего медленно, с тяжелой торжественностью кивнула:

— Истинно так.

Лицо Фрэнка мгновенно озарилось лучезарной, кристально искренней улыбкой. Шагнув вперед, он радушно протянул «Ремесленнику» правую руку:

— Чертовски рад знакомству! Позвольте представиться: старпом «Будущего», Фрэнк Ли.

Лицо Шарфа вновь обрело нормальное выражение. С искренним недоумением пожав протянутую ладонь, он неуверенно проронил:

— Я действительно пробуду на «Будущем» лишь некоторое время?

— Клянусь своей честью, — с обезоруживающей искренностью отозвалась Катлея, после чего беззвучно добавила про себя:

«В обозримом будущем Королева самолично займется твоей проблемой…»

— Добро. Как ни крути, а силой мне с вами не тягаться, — Шарф покорно пожал плечами. — Дозвольте лишь собрать кой-какие личные вещи.

Обронив это, он сделал пару шагов назад, круто развернулся и зашагал к лестничному пролету в самом конце холла.

На полпути он внезапно замер как вкопанный. Стоя спиной к Катлее и Фрэнку Ли, мастер протяжно, с какой-то воздушной, пугающей неспешностью обронил:

— Лунный свет сегодня прекрасен как никогда, не находите?

Даже не подумав дожидаться ответа, он вновь двинулся с места и благополучно растворился во мраке лестничной клетки.

Лишь в это мгновение на лице Катлеи отчетливо проступила тяжелая, леденящая сосредоточенность.

Едва Шарф распахнул створку, пиратка собственными глазами узрела вопиющую, гротескную аномалию:

Если в былые времена эфирное тело Шарфа ничем не отличалось от плоти заурядного смертного, то нынче оно уподобилось гротескному сиамскому близнецу!

И этот «близнец», купаясь в бледных лучах ночного светила, прямо на глазах стремительно пух и наливался силой.

«Мне эту занозу явно не вытащить. Придется черкнуть весточку Королеве. Да, и ни в коем случае нельзя запамятовать о том рандеву, что запросил Герман Воробей…» — Катлея издала беззвучный, тяжелый вздох, на чистых инстинктах вскинув голову.

Высоко в небесах, сквозь истончившуюся пелену облаков, безмятежно и ярко полыхал багровый диск луны.

…………

Баклунд, район Хиллстон. Клуб отставных офицеров Восточного Балама.

Дуэйн Дантес и парламентарий Махт, покинув свои экипажи, бок о бок переступили порог вестибюля.

Глава 996

Карточная игра

Едва переступив порог Клуба отставных офицеров Восточного Балама и сдав трость с цилиндром на попечение личного камердинера Энъюни, Клейн сразу же заприметил полковника Кальвина. Офицер, несущий службу в Министерстве обороны Лоэна, облаченный в парадный армейский мундир и с бокалом красного вина в руке, поджидал его прямо в вестибюле.

Обладатель характерного, вытянутого лошадиного лица расплылся в приветственной улыбке и салютовал Дуэйну Дантесу своим бокалом:

— Давненько не виделись.

— И впрямь, минуло уже немало времени, — с мягкой улыбкой отозвался Клейн, неспешно направляясь к военному.

Полковник Кальвин тут же протянул ему руку для рукопожатия:

— Мои искренние поздравления. На сей раз вы сработали воистину блестяще, абсолютно все остались довольны.

— Я тоже весьма удовлетворен, — с истинно лоэнской сдержанностью, изящно намекая на плодотворное партнерство, ответил сыщик, крепко пожимая протянутую ладонь.

Кальвин убрал руку и, искоса мазнув взглядом по стоящему подле Дуэйна Дантеса парламентарию Махту, со вздохом усмехнулся:

— Когда ты впервые привел Дуэйна и поручился за него, признаюсь честно, я всерьез усомнился в твоем чутье. Зато теперь кристально ясно понимаю, за какие такие заслуги ты выбил себе кресло в нижней палате парламента.

— Любой, кому доводилось иметь дело с Дуэйном, в два счета смекнет, что в своем ремесле он — непревзойденный виртуоз, — парламентарий тоже не стал разбрасываться словами, с изящной лоэнской скромностью принимая похвалу.

Кальвин вернул взор к собеседнику. Сделав неспешный глоток вина и окинув Дуэйна Дантеса улыбающимся взглядом, он поинтересовался тоном самой праздной, ничего не значащей светской беседы:

— И какой же куш вы сорвали на этой сделке?

— Выдыхайте, сбивать расценки на грядущие поставки я не собираюсь. Банальное человеческое любопытство.

— Золотом на двадцать тысяч фунтов, — Клейн благоразумно выдал усредненную, безопасную цифру.

На деле же барыши составили баснословные двадцать пять тысяч, вот только львиная доля ушла на погашение долга перед госпожой посланницей: отстегнув ей десятку, в карманах сыщика осело ровно пятнадцать тысяч фунтов.

Полковник Кальвин одобрительно кивнул:

— Весьма недурно. Если вдруг надумаете переплавить слитки в полновесные монеты, я с превеликим удовольствием сведу вас с нужными людьми из Королевского монетного двора.

— Ну как всё прошло? Удалось ли разнюхать какую-нибудь чертовщину в вотчине Месанйеса?

Клейн, даже не беря паузу на раздумья, ударил в лоб:

— Еще как!

— У них там имелась так называемая площадь Воскресения. Так вот, ее наглухо, до основания разнесло ударами молний.

— Эти сводки до нас уже дошли, — лицо Кальвина мгновенно помрачнело, налившись ледяной серьезностью.

«А вот того, что этот самый громоотвод стоял прямо перед тобой, ты уж точно не знаешь…» — беззвучно усмехнувшись про себя, сыщик плавно сменил тему:

— Вдобавок, пускай со стороны и кажется, будто Месанйес виртуозно жонглирует интересами разных фракций, балансируя на грани, в действительности этот лис уже давненько присягнул кому-то на верность. Кому именно — сие мне, увы, неведомо.

Сдавать с потрохами Церковь Бога Знаний и Мудрости он совершенно не собирался. Этот скупой вброс предназначался исключительно для того, чтобы пустить пыль в глаза и окончательно заручиться доверием лоэнских вояк.

— Железобетонно можно утверждать лишь одно: под наши знамена он не вставал, — с тяжелым, пронзительным взором согласился полковник.

— Сдается мне, и интисцы здесь ни при чем, — Клейн любезно помог собеседнику вычеркнуть еще один ложный след.

Кальвин глубокомысленно угукнул:

— Это в корне меняет дело. Львиная доля соседей Месанйеса пляшет под дудку Интиса. Вздумай он расширить свои угодья — стычек с ними не миновать. И вот тогда-то мы сможем сбыть ему еще не одну партию стволов.

На этих словах офицер вновь приподнял бокал:

— Да пребудет с нами Буря. Выпьем же за наши грядущие, баснословные барыши.

Будучи истовыми прихожанами