Умереть для коллекции - Питер Джеймс

стук. Затем в роще что-то зашевелилось. Первым появился бородатый Рикки в бейсболке и толстой флисовой куртке. У Эбби чуть сердце не выскочило, когда она увидела маленькую, хрупкую фигурку своей ничего не понимающей матери, все еще в розовом халате, который был на ней, когда Эбби видела ее в последний раз.

Ветер трепал халат, развевал редкие седые волосы матери, словно струйки сигаретного дыма. Она шла пошатываясь, и Рикки держал ее за руку, не давая упасть.

Эбби смотрела на них сквозь пелену слез. Сейчас она была готова на все, буквально на все, лишь бы мать поскорее оказалась в ее объятиях.

Даже убить Рикки.

Ей хотелось вдавить педаль газа в пол, налететь на него и превратить его в кашу.

Они снова исчезли среди деревьев. Он бесцеремонно подталкивал ее мать, когда та, спотыкаясь, неуверенно входила в рощу. Кусты смыкались за ними, словно туман.

Эбби вцепилась в ручку дверцы, чтобы не выскочить из машины и не броситься вслед за ними. Но она держалась, боясь его угрозы, уверенная больше, чем прежде, что Рикки с удовольствием убьет ее мать.

Не исключено, что такому извращенцу это будет гораздо приятнее, чем возвращение марок.

А где детектив-сержант Брэнсон и его группа? Они должны быть где-то рядом. Он заверил ее, что они в любой момент готовы прийти на помощь. Должно быть, хорошо спрятались, подумала она. Не видно ни души.

А значит, с надеждой размышляла она, и Рикки тоже не видит их.

Зато они все слышат. И его они тоже услышали. Услышали его угрозы. Но не станут бросаться за ним в самые заросли, чтобы немедленно схватить, так ведь? Не станут рисковать, чтобы он не отправил фургон в пропасть.

Уж точно не за несколько гребаных марок, так ведь?

– Ну что, довольна? – снова зазвучал в трубке его голос.

– Можно, я заберу ее прямо сейчас, пожалуйста, Рикки. А тебе отдам марки.

– Вот что ты сейчас делаешь, Эбби. Слушай внимательно, второй раз повторять не стану. Понятно?

– Да.

– Оставь двигатель включенным, положи на сиденье свой телефон, тоже включенный, чтобы я мог слышать мотор. Затем выходи из машины и дверь не закрывай. Возьми марки, сделай двадцать шагов мне навстречу и остановись. Я подхожу к тебе. Беру марки, сажусь в твою машину. А ты садишься в фургон. Твоя мать в фургоне, и с ней все в порядке. Вот здесь ты должна быть предельно осторожна. Тебя это устраивает?

– Да.

– Пока ты будешь идти к фургону, я просмотрю марки. Если увиденное мне не понравится, я подъеду к фургону и столкну его с обрыва. Все ясно?

– Да. Тебе понравится то, что ты увидишь.

– Прекрасно, – сказал он. – Тогда никаких проблем не будет.

Стараясь не вертеть головой на тот случай, если Рикки наблюдает за ней в бинокль, Эбби осторожно огляделась, но увидела лишь голые, продуваемые ветром луга, небольшое покосившееся кирпичное строение, что-то вроде наблюдательного пункта с несколькими пустыми скамейками, и одинокие кусты, слишком маленькие, чтобы за ними можно было спрятаться. И где же люди сержанта Брэнсона?

Через пару минут она снова услышала голос Рикки:

– Выходи из машины и делай то, что я тебе сказал.

Эбби попыталась открыть дверцу, но из-за сильного ветра это оказалось не так-то легко.

– Дверь не получится оставить открытой! – испуганно крикнула она в трубку.

– Подсунь что-нибудь.

– Что?

– Господи, какая же ты дура! В машине должно быть что-нибудь. Инструкция. Документы на аренду. Я хочу видеть дверь открытой. Я наблюдаю за тобой.

Она вытащила из бардачка конверт с документами об аренде, распахнула дверцу и помахала им, чтобы он увидел, потом вышла из машины. Сильный порыв ветра чуть не сбил Эбби с ног, вырвал дверцу из ее рук, и та захлопнулась. Эбби снова распахнула ее, сложила конверт пополам, сделав клин потолще, взяла пакет «Джифи баг» и закрыла дверцу до упора в клин.

Неуверенно переставляя ноги, она сделала двадцать шагов по направлению к роще. Ветер больно рвал волосы, свистел в ушах, трепал одежду. Во рту пересохло, тело окаменело от страха, но душа наливалась злостью. По-прежнему она никого не видела. Кроме Рикки, шагающего ей навстречу.

С мрачной удовлетворенной улыбкой он протянул руку:

– Ну наконец-то! – И с жадностью выхватил пакет.

И в ту же секунду правой ногой она заехала ему между ног, вложив в этот удар всю силу и всю накопившуюся ненависть. Удар оказался таким сильным, что ей самой стало невыносимо больно.

119

Октябрь 2007 года

У Рикки вышибло дух. Выпучив от боли и шока глаза, он сложился пополам. Тогда Эбби с такой силой ударила его по лицу, что он повалился набок. Она хотела еще раз пнуть его в пах, но он схватил ее за ногу и резко вывернул, причинив жуткую боль. Эбби рухнула на мокрую траву.

– Ты, долбаная сучка… – Он осекся, услышав рокот автомобильного двигателя.

Эбби тоже его услышала.

Не веря своим глазам, Рикки уставился на фургончик с мороженым, который, подпрыгивая на ухабах, приближался к ним. А за ним со стороны отеля мчались шестеро полицейских в бронежилетах.

Рикки кое-как поднялся на ноги:

– Сука! Мы же договорились!

– Точно так же, как ты договорился с Дэйвом?

Сжимая в руке конверт с марками, он заковылял к «хонде». А Эбби, не обращая внимания на боль в ноге, побежала к роще. За ее спиной слышался рев мотора. Она оглянулась и увидела фургончик с мороженым, в кабине которого сидели двое. А впереди сквозь стволы, ветки и листья просматривался белый фургон Рикки.

* * *

Ослепленный болью и яростью, Рикки прыгнул в «хонду» и снял машину с ручного тормоза, даже не закрыв дверцу. Надо проучить эту долбаную суку!

Он вдавил педаль газа в пол, резко набрал скорость и рванул к роще. В эту минуту ему было плевать на то, что он тоже может свалиться с обрыва. Лишь бы полетела туда и мать этой суки. Лишь бы Эбби до конца жизни сожалела о том, что наделала.

И вдруг перед ним промелькнуло цветное пятно.

Проклиная все на свете, Рикки дал по тормозам. Резко вывернул руль вправо, отчаянно пытаясь избежать столкновения с фургончиком мороженщика, которому удалось промчаться по зарослям и перекрыть ему путь, лишив возможности протаранить фургон. Описав широкую дугу, «хонда» ударила «хвостом» по заднему бамперу фургончика и оторвала его.

И тут Рикки с удивлением увидел две небольшие машины, которые, как он считал, принадлежали сотрудникам отеля. Эти машины с включенными мигалками и воющими