Умереть для коллекции - Питер Джеймс

На мгновение сбитый с толку, он снова газанул и помчался вперед, виляя из стороны в сторону. Одна из машин перегородила ему дорогу. Рикки крутанул руль, объехал ее сзади, спустился по крутому склону, проехал через кювет и выскочил на асфальт.

И тут, к своему ужасу, увидел синие огни, несущиеся прямо на него справа.

Мать твою! Черт! Черт!

Охваченный паникой, Рикки вывернул руль влево и нажал на газ.

* * *

Единственной дверью в старом ржавом фургоне, которую не загораживали ветки и кустарник, была водительская. Эбби с бьющимся сердцем осторожно открыла ее, помня предупреждение о том, что фургон стоит на самом краю обрыва.

Сморщив нос от едкого запаха фекалий, табака и немытого человеческого тела, она позвала:

– Мама! Мама!

Ответа не последовало. В панике она поставила ногу на ступеньку и с трудом забралась на переднее сиденье. На какой-то ужасный миг, глядя в мрачную темноту кузова, ей показалось, что матери там нет. В полумраке она смогла разглядеть только какие-то электроприборы, постельные принадлежности и запасное колесо. В машине было холодно, как в холодильнике. Порывы ветра раскачивали фургон, отдаваясь внутри барабанным гулом.

И на фоне этих звуков она вдруг послышался слабый, робкий голос:

– Эбби? Это ты?

Без сомнения, то были самые приятные слова, которые Эбби когда-либо слышала в своей жизни.

– Мама! – закричала она. – Где ты?

– Здесь, – раздался едва слышный голос.

В нем отчетливо звучало удивление, словно мать, недоумевала: «А где еще мне быть?»

Перегнувшись через спинку сиденья, Эбби увидела завернутую в лежащий на полу ковер мать – только голова торчит.

Эбби перелезла к ней, и фургон завибрировал, когда ее ноги коснулись голого металлического пола. Она опустилась на колени и поцеловала мать во влажную щеку:

– Как ты, мам? Как ты себя чувствуешь? У меня с собой твои лекарства. Я отвезу тебя в больницу. – Она потрогала лоб матери; он был горячий и липкий. – Теперь ты в безопасности. Его нет. Все хорошо. Вокруг полиция. Я отвезу тебя в больницу.

– Кажется, твой отец только что был здесь, – прошептала мать. – Минуту назад вышел.

Эбби поняла, что мать бредит. Лихорадка или отсутствие лекарств, а может, и то и другое. Сквозь слезы она улыбнулась:

– Я так люблю тебя, мама. Очень-очень.

– Я в порядке, – отозвалась мама. – Мне здесь уютно, как клопу в ковре.

* * *

Кассиан Пью на секунду опустил телефон и повернулся к Грейсу:

– Объект номер два в машине объекта номер один, с ним никого нет. Следует по направлению к нам. Можно перехватить своими силами, если получится, но к нам идет подкрепление.

Грейс завел двигатель. Оба мужчины не были пристегнуты ремнями безопасности, что являлось обычной практикой при наружном наблюдении, чтобы в случае необходимости быстро выскочить из машины. Выслушав сообщение Пью о том, что происходит, Грейс решил, что им следует пристегнуться. Но только потянулся за ремнем, как Кассиан сказал:

– Я вижу его.

Теперь и Грейс увидел черную «хонду» в четверти мили от них, быстро спускающуюся по серпантину с холма. Слышался даже визг шин.

– Объект номер два в поле зрения, – передал по рации Пью.

– Главное – безопасность каждого, – ответил ему руководитель операции. – Если понадобится, Рой, возможно, тебе придется задействовать в этой операции свою машину.

Грейс резко развернул «альфа-ромео» боком, перекрыв обе полосы узкой дороги. Пью от страха оцепенел. Он понял, что сидит как раз с той стороны, которая обращена к стремительно приближающемуся черному внедорожнику. С той стороны, которая, если «хонда» не остановится, примет на себя удар.

* * *

Спускаясь вниз, Рикки крепко сжимал руль, шины снова завизжали на длинном левом повороте. Если бы он в него не вписался, то кувыркался бы сейчас вниз по крутому склону. Затем он вошел в правый поворот.

Выходя из него, он увидел стоящую поперек дороги бордовую «альфа-ромео». Из окна, вытаращив глаза, на него смотрел светловолосый мужчина.

Рикки ударил по тормозам, остановившись всего в нескольких ярдах от дверцы «альфа-ромео», и рывком дал задний ход. В этот момент он услышал вой сирен. Вдалеке показались два полицейских «рейнджровера»; с горящими фарами они мчались вниз по склону.

В три приема Рикки развернулся, резко набрал скорость и помчался туда, откуда приехал. В зеркало заднего вида он заметил, как рванула за ним «альфа-ромео», а ее догоняют два «рейнджровера». Но Рикки сейчас больше интересовало то, что было перед ним. Точнее, то, что было перед рощей. Даже если фургончик с мороженым все еще стоит там, то резким ударом его легко столкнуть с дороги.

А потом он свернул бы на заброшенную дорогу для дилижансов, теперь превратившуюся в заросшую травой проселочную дорогу через поля, которой все еще продолжают пользоваться. Он нашел эту дорогу и проверил ее. Он был уверен, что полиция о ней и не подумала.

С ним все будет в порядке. И зря эта сука с ним связалась, она еще пожалеет об этом.

* * *

Рой Грейс быстро догнал громоздкую «хонду» и сел ей на хвост. Пью передал по рации, что они приближаются к отелю «Бичи-Хед».

Внезапно «хонда» резко рванула вправо, съехала на луг, отделявший дорогу от края обрыва. Грейс сделал то же самое, поморщившись, когда подвеска его любимой «альфа-ромео» просела. Он почувствовал и даже услышал, как выхлопная труба скрежещет о землю и что-то там отваливается, но был так сосредоточен на «хонде», что едва это заметил.

Впереди сгрудились машины и люди. Он увидел перегородивший дорогу грузовик «Бритиш телеком» и рядом с ним толпу полицейских. Два мотоцикла. Пью прибавил на своей рации громкость.

– Объект номер два, возможно, возвращается к своему фургону, – сообщили по рации. – Он в роще за фургончиком с мороженым. Останови его. Объект номер один в фургоне со своей матерью.

Пью ткнул пальцем в лобовое стекло:

– Рой, это там. Туда он и направляется.

Грейс увидел большую овальную рощу, перед которой стоял ярко раскрашенный фургончик.

Объект номер два прибавил скорость.

Грейс переключил передачу и нажал на педаль газа. «Альфа-ромео» рванула вперед, подвеска просела еще больше, их подбросило, и, непристегнутые, оба ударились головой о крышу.

– Извини, – мрачно произнес Грейс, поравнявшись с «хондой».

По самому краю обрыва, всего в нескольких дюймах от дверцы, тянулось хлипкое ограждение. Грейс мельком увидел объект номер два – мужчину с густой бородой в бейсболке. Справа ограждение внезапно обрывалось, открывая совершенно незащищенный обрыв, заросший кустами.

Грейс продирался сквозь подлесок, отчаянно надеясь, что кусты не скрывают выемку в скале, куда они внезапно рухнут.

Он сбавил