Умереть для коллекции - Питер Джеймс

– Именно так, – усмехнувшись, подтвердил Грейс. – И в тамошнем преступном братстве мужское превосходство выражено еще сильнее, чем у нас. Завтра с ней побеседуют еще раз, и она должна дать список всех друзей и знакомых Нельсонов.

– Прекрасно, – произнесла Белла и сунула в рот очередную конфету. – Но если он удрал за границу…

– Понимаю, – произнес Грейс. – Но мы могли бы выяснить, где он любил бывать за границей или не тянуло ли его к какому-нибудь конкретному местечку, где много солнца.

– На этот счет у меня есть кое-какие соображения, – сказал Гленн Брэнсон. – Ну… у нас с Беллой.

– Прекрасно. Докладывай.

– В пятницу и субботу мы довольно интенсивно допрашивали Скеггса, а вчера утром взяли показания у Эбби Доусон в квартире ее матери в Истборне. А заодно вернули ей марки, которые извлекли из машины Скеггса… Я на всякий случай скопировал их. Она также подписала согласие предоставить марки в качестве вещественного доказательства, если потребуется, и пока их не продавать.

– Хорошая мысль, – одобрила детектив-инспектор Мантл.

– Спасибо. Дело вот в чем. Мы с Беллой полагаем, что Эбби Доусон не всегда говорит нам правду. Мы слышим только то, что она считает нужным сказать. Мне не нравится ее история о том, откуда у нее появились марки. Она утверждает, что получила их в наследство от тети из Сиднея по имени… – он еще раз пролистал свои записи и нашел нужную страницу, – Энн Дженнингс. Мы это проверим. Но ее показания не согласуются с показаниями Скеггса.

– А нам прекрасно известно, что он человек принципиальный и всегда говорит правду, – усмехнулся Грейс.

– Я бы доверил ему свою последнюю пятифунтовую купюру, – ответил Гленн сарказмом на сарказм. – Больше вряд ли останется, если имеешь с ним дело. Очень уж мерзкий тип. Но тут есть явная связь с Ронни, вот в чем дело, я в этом не сомневаюсь. – Он обвел взглядом всех остальных, и Грейс кивнул, приглашая его продолжать. – Хьюго Хегарти уверен, что это те самые марки, которые он покупал для Лоррейн Уилсон.

– Но не настолько, чтобы дать показания в суде под присягой, так? – вставила Лиззи Мантл.

– Да. И в будущем это может стать для нас проблемой, – ответил Брэнсон. – На отдельных марках есть почтовые штемпели, но он не может поклясться, что они на сто процентов совпадают с теми, какие были на марках, которые в две тысячи втором он приобрел для Лоррейн Уилсон, потому что учета почтовых штемпелей он не вел. Или, может быть, просто не хочет ввязываться в это дело?

– Почему? – спросил Грейс.

– Все сделки совершались за наличные. Подозреваю, он не хочет светиться и привлекать к себе внимание налоговой службы, а не только полиции.

Грейс кивнул: это имело смысл.

– А насколько обоснованы претензии Скеггса?

– Он только нецензурно ругался и орал, что Эбби Доусон украла у него марки, что именно по этой причине он похитил ее мать, мол, больше ничего не мог придумать, чтобы хоть как-то вправить ей мозги, – ответил Гленн Брэнсон.

– А он не пробовал просто вежливо попросить их вернуть?

Брэнсон улыбнулся:

– Я предложил ему: если дело обстоит так, не хочет ли он выдвинуть против нее обвинение в краже? И он сразу притих. Ну еще бы. Потом стал бормотать про какие-то трудности, а когда мы попытались настоять на этом, он опять завилял, но ничего толком так и не ответил. Сказал, что у него будут проблемы с доказательством права собственности на них. А затем вдруг выпалил, что это Дэйв Нельсон подговорил ее украсть у него марки. Но больше ничего добиться от него мы не смогли. Поэтому, несмотря на все наши сомнения, нам пришлось вернуть марки Эбби. Пока не найдем доказательств того, что марки были украдены здесь или в Австралии.

– Очень интересно, что он это сказал, – заметил Грейс.

– Знаете, что мне пришло в голову? – спросил Брэнсон. – Мы имеем дело с каким-то любовным треугольником. Вот в чем все дело.

– А вот об этом поподробнее, – сказал Грейс.

– Пока не могу, сейчас не могу. Пока я только предполагаю.

– Если Дэвид Нельсон, – размышлял вслух Грейс, – то есть Ронни Уилсон, и вправду подговорил ее на кражу, то этот факт для нас очень важен.

– Будем продолжать давить на него, но прошлые дела заставляют Скеггса держать язык за зубами, – сказал Гленн.

– А если установить за ней дополнительное наблюдение? – предложила детектив-констебль Бутвуд.

Грейс покачал головой:

– Слишком дорого нам обойдется. Думаю, Дэвид Нельсон вполне мог покинуть Австралию, если у него есть хотя бы капля здравого смысла. В Англии показаться он не рискнет. Поэтому я ставлю на то, что Эбби Доусон обязательно где-нибудь с ним встретится. Мы за ней присмотрим. Если она купит билет на самолет или появится на паспортном контроле, мы пошлем за ней хвост.

– Хорошая мысль, – одобрил Гленн Брэнсон.

– Я согласна, – кивнула Лиззи Мантл.

121

Ноябрь 2007 года

Был один из тех редких осенних дней, когда Англия предстает во всей своей красе. Эбби смотрела в окно на чистое голубое небо, на утреннее солнце, которое стояло низко, но ласкало своим теплом.

Из окна второго этажа открывался вид на ухоженный сад, где садовник уличным пылесосом убирал опавшие листья. Пожилой мужчина в шуршащем макинтоше неторопливо обходил декоративный пруд, где плавали карпы кои, и, как минер, водил перед собой пылесосом «Циммер», словно опасаясь мин. Маленькая, убеленная сединами дама, кутаясь в стеганое пальто, сидела на скамейке на самой высокой точке лужайки, террасами спускающейся к пруду, и внимательно изучала страницу «Дейли телеграф».

Дом престарелых «Бексхилл-Лонс» обошелся дороже, чем тот, на который Эбби изначально рассчитывала, зато здесь ее матери сразу же предоставили место, а что касается лишних расходов… кто в наше время считает расходы?

Кроме того, было очень приятно видеть маму счастливой и бодрой. Трудно поверить, что каких-то две недели назад Эбби сидела в грязном фургоне и смотрела на растерянное лицо матери, торчавшее из свернутого ковра. Теперь мама казалась другим человеком, полным жизни. Будто все испытания, через которые она прошла, каким-то образом укрепили ее.

Эбби повернулась и посмотрела на мать. В горле стоял все тот же ком, который всегда появлялся, когда ей приходилось прощаться с матерью. Эбби всегда страшилась, что видит ее в последний раз.

Мэри Доусон сидела на двухместном диване в большой, хорошо обставленной комнате и заполняла опросный лист для участия в викторине одного из журналов. Эбби подошла к ней, ласково положила руку ей на плечо и