Красный священник - Е. Юань

ведь слепящие лучи всё равно умудрялись бить с флангов, задевая фрагменты его плоти.

И на этом беды не заканчивались: прямо по курсу падения «Дневника путешествий Гросселя», облаченный в вычурные, роскошные одежды, в засаде застыл великий император Рассел, уже вскинув обе руки.

«…» Клейну было не до лишних раздумий, цейтнот бил по нервам, и сыщику оставалось лишь пустить в ход свой первичный, железобетонный маневр для выживания:

Сигануть прямиком в поры истории!

Ба-бах!

Оглушительный, сокрушительный раскат грома грянул где-то за пределами руин.

Зародившись в немыслимой дали, его финальный рык ударил уже над самым ухом.

Все до единого создания в недрах усыпальницы, включая самого Клейна и те исторические фантомы, были парализованы этим первобытным ревом и наглухо окоченели, а тот самый слепящий «световой океан» вмиг померк.

Впрочем, один силуэт этот шок не задел: в глазах Клейна та самая утонченная, но слегка заторможенная ангел Сокрытия из Церкви Ночи улучила идеальный момент. Она добровольно истончила свою плоть, обратившись россыпью символов, дышащих первозданной тайной и первобытной жутью, и разрослась в сюрреалистичный, гротескный мир, наглухо поглотив Гермеса, Рейнетт Тинекер, щупальца Суа, ангела света и Уильяма Августа I.

— И пускай Клейн выудил из прошлого лишь исторические проекции с изрядно урезанной мощью, их фундаментальная суть никуда не делась!

Тот самый тотальный хаос, которого так отчаянно жаждал Клейн, наконец-то грянул!

А остальные прихвостни Георга III — взять того же Короля Ангелов — всё еще куковали в других усыпальницах.

Едва этот почти прозрачный, диковинный мир обрел форму, как запертые внутри ангелы разом пошли в глухую контратаку.

В бурлящем хаосе эта иллюзорная тюрьма с треском разлетелась в клочья.

Однако, виртуозно направляемый волей леди, шквал света, густо замешанный на остаточной мощи этих небожителей, вырвался наружу и хищным метеором устремился прямиком к тайной гробнице на дне.

Ба-бах!

Очередной, еще более оглушительный громовой раскат сотряс округу. Великий император Рассел, попытавшийся было перехватить удар, вновь угодил в оцепенение и так и не успел пальцем пошевелить.

Долю секунды спустя монументальная, непроницаемо-черная усыпальница приняла на себя сокрушительный удар.

Трещины на её фасаде абсолютно беззвучно поползли вглубь, обнажив сокрытые во мраке недра.

Из этих разломов, словно из ниоткуда, хлынули потоки крови — где-то ярко-алой, где-то густой и темной.

Бум! Бум! Бум!

На сей раз это были воздушные пушки, которые Клейн, вновь обретший человеческий облик и сжимающий «Дневник путешествий Гросселя», обрушил в тандеме со своими рассыпанными по округе «Червями Духа».

И без того балансирующая на грани краха гробница с оглушительным грохотом рухнула, изрыгая из себя новые, бескрайние кровавые реки.

…………

Вслед за уничтожением усыпальницы ритуал возвышения Георга III пошатнулся, напрочь лишившись критически важной опоры.

Будь под ударом лишь одна гробница, Он бы еще смог, опираясь на незримые нити связи, выстроить глухую оборону, но теперь Он Сам оказался под перекрестным, сокрушительным огнем.

Его уже наполовину истончившееся тело внезапно закипело.

Удерживать морок «Искажения» Ему было больше не по зубам, и изолированная от реальности тайная усыпальница наконец-то вывалилась прямо перед взором Трисси.

На гротескном, копошащемся обнаженной плотью лице Трисси уголки губ хищно поползли вверх.

…………

В самом Баклунде, на площади Памяти.

— Мои подданные… — только-только изготовился подвести черту под своей пламенной речью щеголяющий усами, суровый и чопорный Георг III, как вдруг с оглушительным грохотом взорвался.

Его плоть и кровь разлетелись кровавым фейерверком, безжалостно брызнув во все стороны прямо в полувоздухе.

Глава 1149

Побег

Зрители внизу, Одри и остальные, наблюдая за этой сценой, словно наслаждались грандиозным магическим представлением, и на какое-то короткое мгновение никто из них даже не сообразил, что же именно произошло.

Спустя несколько секунд площадь охватил хаос, и под раздающиеся со всех сторон истошные крики солдаты королевской гвардии один за другим ринулись на высокий помост.

Члены кабинета министров и аристократы верхней палаты кто на чистых инстинктах бросился искать укрытие, а кто, набравшись храбрости, последовал за гвардейцами, чтобы осмотреть место происшествия.

Одри с легким оцепенением на лице взирала на происходящее; она не испытала особого потрясения, лишь почувствовала какую-то сюрреалистичную нереальность происходящего:

Люди и события, оказавшиеся под пристальным вниманием господина «Мира», железобетонно находились под всевидящим оком господина «Шута», а всё, чего желал добиться господин «Шут», до сего дня не знало ни единого провала.

Такова воля божества.

На других муниципальных площадях Баклунда Мелисса, Бенсон вкупе с остальными горожанами точно так же услышали этот оглушительный взрыв, после чего обнаружили, что речь короля внезапно, наглухо оборвалась.

После недолгой звенящей тишины в толпе начала нарастать тревога, люди принялись перешептываться и обмениваться встревоженными взглядами.

Первобытный страх перед неведомым и будущим медленно, но неотвратимо завладевал их душами.

…………

В предместьях Баклунда, в недрах «Руин № 1».

Рассудок Георга III уже стал донельзя мутным, и Он лишь чувствовал, как в Его теле вулканом извергается непреодолимое, экстремально безумное сознание, которое перекраивало Его плоть и искажало всё сущее вокруг.

Сквозь мутную пелену Ему почудился исполинский черный престол, и Он узрел, как восседает на нём в императорской короне, с гордым величием взирая сверху вниз на реальность, властвуя над мириадами подданных на равных с самими богами.

Он протянул руку, отчаянно силясь ухватиться за это будущее, но бесчисленные проклятия и многослойные атаки, обрушившиеся из неведомых далей, безжалостно впечатались в Него, напрочь лишив шанса дотянуться до цели.

— Нет…

Истончившаяся и обратившаяся в сами правила рука Георга III застыла в воздухе, Его сознание окончательно разорвало в клочья, а тело претерпело тотальную, гротескную мутацию.

Трисси, уже обратившаяся в бесформенное кровавое месиво и окруженная мириадами толстых, извивающихся змеиных волос, наглухо поглотила эту Тень Порядка.

Грохот!

Во внешнем мире, прямо над «Руинами № 1», горы и леса внезапно провалились внутрь, взметнув ввысь колоссальные тучи пыли, которые зависли в воздухе, уподобившись самому густому, непроглядному смогу.

Ба-бах!

Этот сектор обратился в исполинскую, бездонную воронку, которая пробила брешь прямиком к реке Тассок, затянув в себя ревущие потоки воды.

Ба-бах!

Небеса над этим местом стремительно почернели, и округу наглухо накрыл шторм, таящий в себе безграничный, первобытный ужас.

На далекой горной вершине застыли два силуэта, неотрывно созерцая эту картину, и какое-то время они хранили глухое безмолвие.

Одним из них была «Нестареющая Демонесса» Катарина, облаченная в непорочно-белую мантию, а вторым — накинувший капюшон злой дух «Красного Ангела» с обескровленным, мертвенно-бледным лицом.

Выдержав пару секунд звенящей паузы, «Белая Святая» Катарина издала тихий вздох и проронила:

— Мы отчаянно жаждали вернуть её