Ловушка шелкопряда - Рин Чупеко

пепел. Весь дом содрогнулся, но она не перестала молиться в надежде, что ее ребенок выживет в этой битве, в этой войне. В надежде, что она сама выживет. Гнев на Союз и Конфедерацию[18]…

…Меня шатает, но Келли, положив руки мне на плечи, помогает удержаться на ногах.

– Я почувствовала что-то вроде порыва ветра, – пробормотала она, когда я остановил аудиозапись. – Дух?..

Я показал ей куклу, чьи глаза стали непроглядно черными. Достаю нож и тут же, чтобы завершить ритуал, вонзаю его в маленькое тельце.

– Потрясающе. Теперь мы можем ее сжечь?

– Нет.

– Почему нет?

– Она мертва уже больше ста лет. Вероятно, погибла во время Гражданской войны, как и большинство обитателей этого кладбища. Она обозвала меня маленьким простофилей.

– Ты и с ней связался телепатически, как какой-то джедай или вулканец?

– Во-первых, я связываюсь телепатически со всеми, кого ловлю. Во-вторых, ты же понимаешь, что вулканцы и джедаи[19] – герои двух разных фильмов? – Я убираю куклу в рюкзак. Когда мы вернемся домой, я добавлю ее к растущей куче таких же одержимых фигурок, которые лежат в моем чемодане вместе с одеждой, туалетными принадлежностями и книгами. Во время первой поездки в Японию с коллекцией кукол в багаже я всерьез беспокоился, проверяют ли таможенники посетителей на предмет их разумности. Не проверяют. – От любого духа, блуждающего более ста лет, трудно избавиться, поэтому их придется сжечь на фестивале Обон.

Сжигание кукол традиционно проводится во время фестиваля Нагаси-бина, который проходит в начале марта, но этот ритуал практикуют все реже, поэтому ему на смену пришел Обон. Поскольку он проходит в мое отсутствие, в июле, всю работу обычно выполняет Кагура. Одна мысль о ней вызывает у меня новый приступ беспокойства.

– И сколько у тебя уже накопилось столетних духов?

– Одиннадцать. – В Соединенных Штатах явно не хватает экзорцистов, так что призраки копились годами. – Этого я приберег к твоему приезду.

– Ну, спасибо тебе. Может, пойдем уже? Эта статуя ангела как-то странно на меня смотрит.

К великому раздражению Келли, по пути к машине я только и делаю, что указываю на статуи, которые определенно поглядывают на нее подозрительно.

По дороге домой я рассказывал ей о древних призраках, пойманных в этом году: о рыжеволосой девочке, которую нашел плачущей у мемориала Линкольна, о женщине без лица, бродившей возле небольшого азиатского продуктового магазина, о старике, блуждающем в заброшенном доме в трех кварталах отсюда. Келли почти ничего не сказала, пока мы не уселись в «Денни» и не съели половину заказанных креветок и стейков по-деревенски.

– Я нашла много информации о лесе Аокигахара. – Покусывая ноготь, кузина наконец заговорила. – В Японии он известен как место, куда люди часто приходят прощаться с жизнью. Но о том, что в нем есть деревня, ни слова. Ты уверен, что она существует, Тарк?

– Ты спрашиваешь меня об этом с тех пор, как приехала, Келли. Доверься мне. Как насчет более обыденных вопросов вроде: «Как дела в школе?» или «Почему с каждой нашей встречей ты все красивее?».

– Обойдешься, – отмахнулась кузина, потягивая молочный коктейль. – Но о школе я все же спрошу. Полиция все еще там дежурит?

Отложив вилку, я начал хмуро изучать содержимое своей тарелки.

– Не совсем. Двое парней все еще находятся под следствием по делу об убийстве, но не думаю, что когда-нибудь станет известно о темных делишках Макнила. Уверен, никто из девушек не собирается подавать в суд на его семью, особенно потому, что он местный герой.

– Как обстоят дела с Окику? Обычно, чтобы разлучить вас, мне приходится использовать лом, распятие или что-то еще, но в этот раз она как будто избегает меня.

Окику – единственный призрак, которого Келли способна видеть. Кузина не знает причины этого явления, ну а я предполагаю, что это как-то связано с испытаниями, которые им довелось вместе пережить.

– Она все еще рядом. – Я чувствую, как Окику подсчитывает заказы и бургеры на кухне.

– А как насчет моего совета поговорить по душам?

– Я пробовал. Она восприняла это не слишком хорошо.

– Вот как?

– Отчасти я сам виноват.

Келли закатила глаза.

– Я в шоке. Правда в шоке. Как вообще можно поругаться с призраком?

– Я сравнил ее кое с кем.

– С девушкой?

– Конечно же нет!

Но Келли замечает румянец, который проступил на моих щеках.

– Ого! Значит, тут замешана девушка! – Она радостно захлопала в ладоши. – Кто она? Она симпатичная? Когда я смогу с ней познакомиться? Ты же представишь нас друг другу, пока я здесь?

– Кендалл не моя девушка, а ты не станешь ни с кем знакомиться. Каникулы уже начались, так что тебе не удастся меня опозорить.

– О, так ее зовут Кендалл. Окику к ней приревновала?

– Ты хоть понимаешь, как нелепо это звучит? Окику – моя… – Я умолк, пытаясь понять, что для меня значит Окику. Никогда по-настоящему мне не приходилось задумываться об этом. Я всегда воспринимал ее как нечто само собой разумеющееся. Да, она одержима жаждой крови и бесконечным желанием отомстить, но я также знал ее как девушку, которая каждое утро стоит у окна и любуется солнечным светом. – Это сложно, – наконец произнес я, повторяя то, что сказал Кендалл. – Она особенная.

– Ты ведь не рассказал своей девушке об Окику?

– Конечно нет! И она не моя девушка!

– Тогда что же случилось с Окику?

– Возможно, сам того не желая, я сравнил ее с той женщиной.

Это заставило Келли на мгновение замолчать, пока наконец она с шумом не выдохнула.

– Ну, если бы ты меня с ней сравнил, я бы тоже разозлилась.

– Ну спасибо, – отозвался я.

– Просто пытаюсь тебя подбодрить.

– Получается у тебя не очень.

Улыбка Келли погасла.

– А может, я пытаюсь подбодрить себя саму. Я тоже беспокоюсь за Кагуру, Тарк. Надеюсь, с ней все в порядке.

– Да, – ответил я. На несколько мгновений мы замолкаем, думая о служительнице храма, обо всем, чем обязаны ей, о долге, который, возможно, никогда не сможем вернуть. – Я тоже на это надеюсь.

Перед отъездом мне удается встретиться с Кендалл лишь раз. На следующее утро она поджидает меня, расхаживая по лужайке.

– Ты меня преследуешь? – спросил я, опасливо оглядываясь на дом, чтобы убедиться, что Келли не подсматривает за нами.

– Размечтался, – ухмыльнулась Кендалл. – Я часто здесь бегаю. Но раз уж наткнулась на тебя, хотела бы узнать, как ты. Учитывая все, что случилось на прошлой неделе.

– Не стоило так утруждаться… но спасибо.

– Хочешь куда-нибудь сходить?

– Мне нужно успеть на самолет.

– О… – Кендалл