Ловушка шелкопряда - Рин Чупеко

– В Японию, с кузиной, чтобы навестить друзей. Что-то вроде ежегодной традиции.

– Ну, тогда, может, в следующий раз, – сказала Кендалл и улыбнулась мне, прежде чем уйти. Я, все еще не уверенный в ее мотивах, провожаю девушку взглядом. У меня никогда не было близких друзей, а тем более девушек, но Кендалл заставляет меня переосмыслить все, что я прозевал, вынуждает задуматься о том, что еще могу упустить.

Кендалл остановилась в конце квартала и обернулась.

– Здесь ты должен был побежать за мной, – закричала она. – Чтобы договориться о новой встрече.

– Хм?

– Назначь другую дату, глупый.

– Э-э-э… Как насчет того, чтобы встретиться в другой раз?

– Ловлю тебя на слове, – рассмеялась она и снова отвернулась. – Такой недалекий, – бросила она достаточно громко на случай, если я не расслышал.

Я направился к дому и увидел, что Окику смотрит на меня из окна моей комнаты. Улыбнувшись, она исчезла.

После короткой пересадки в Шанхае мы с Келли встречаем Саю в аэропорту Сидзуока. Всегда странно видеть ее и Кагуру в чем-то еще, кроме нарядов служительниц храма. Сая в плотной блузке и длинной юбке излучает совсем другую ауру, чем Сая в красных хакама[20] и белом хаори.

– Каким высоким ты стал, Тарк-тян! – воскликнула она, обхватывая мое лицо руками. – А Келли только хорошеет! Хотелось бы мне, чтобы мы встретились при более благоприятных обстоятельствах.

– Ты выглядишь прекраснее, чем когда-либо, Сая-сан, – поддразнил я. Японцы, как правило, очень сдержанны даже с друзьями, но Сая застала меня врасплох крепкими объятиями, которые также дарит и не менее удивленной Келли.

Она посвящает нас в детали, пока ее «Тойота Приус» несется по зеленому ландшафту к маленькой гостинице, которой Кагура управляет вместе со своей пожилой тетей.

– Она пропала почти неделю назад, – вздохнула Сая, беспокойно барабаня пальцами по рулю. – Тетя Кагуры, Фудзико-сан, сходит с ума от беспокойства. На гору Фудзи прибыло множество новостных групп из разных уголков мира. Местная полиция не привыкла к такому вниманию, но американская съемочная группа оказалась куда популярнее, чем мы думали.

Все обстояло именно так. Новости о необъяснимом исчезновении Адамса и команды «Охоты на призраков» не перестают мелькать в американских СМИ, хотя Кагуру никогда не упоминали по имени.

– Мы найдем ее, Сая-сан, – уверенно заявила Келли. – Не уедем из Японии, пока поиски не завершатся успехом.

Сая, которая все еще морщит лоб от беспокойства, все же посылает нам улыбку через зеркало заднего вида.

– Надеюсь. Сегодня вы уже не успеете присоединиться к спасательным работам в Аокигахаре, поэтому предлагаю поехать в «Камамэси рекан», а утром отправиться на гору Фудзи. В любом случае тетя Кагуры хотела бы сначала поговорить с вами.

Я кивнул. Она лучше других знает, что случилось.

«Камамэси рекан» – необычная гостиница, в которой можно посетить знаменитые горячие источники Хонсю. Тетя Кагуры, Фудзико Кадзи, ждет нас у входа. Женщина выглядит намного старше своих шестидесяти пяти, но улыбка, которой она нас одаривает, теплая и искренняя.

– Мы так рады, что вы приехали, Тарквиний-сан и Келли-сан, – сказала она. – Кагура вот уже несколько недель с нетерпением ждала вашего визита. – Уголки ее губ опустились при упоминании о том, что ее племянница пропала. Команда «Охоты на призраков» также расположилась в гостинице, и я знаю, что тетушка винит себя и в их исчезновении.

– Мы приехали, чтобы помочь, тетя, – произношу я по-японски. С годами мой уровень владения языком вырос, так что, за исключением ужасного акцента, я изъясняюсь вполне сносно. – Завтра утром мы отправимся на гору Фудзи, чтобы присоединиться к поискам.

– Тогда вам нужно хорошенько выспаться, – захлопотала тетушка. Как гостеприимная хозяйка, она продолжила: – Знаю, всякий раз вы настаиваете на том, чтобы оплатить свое проживание, но сейчас я прошу вас этого не делать. Вашей помощи вполне достаточно.

Нас проводят в комнаты. Как и в большинстве традиционных гостиниц, в моем номере очень мало мебели: только небольшой туалетный столик и удобный на вид футон. На стенах висят несколько картин в стиле суми-э[21]. Лишь раздвижная дверь отделяет комнату от большого горячего источника, пар от которого змеится в холодном, бодрящем воздухе, точно взмывающий дракон.

Когда я вхожу в комнату, тетушка кланяется.

– Надеюсь, и вам будет удобно здесь, Окику-тян.

Тетя никогда не видела Окику, но Кагура рассказала ей о моем призраке. Не знаю, как много ей известно о том, чем именно занималась ее племянница, будучи мико в Чинсей, но присутствие Окику, кажется, никогда не беспокоило Фудзико Кадзи. Она обращалась к ней так, словно та была еще одним постояльцем гостиницы.

– Если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь звонить в колокольчик… или попросите Тарквиния-сана сделать это за вас.

После ухода тети я поспешно переоделся в голубую юкату, украшенную маленькими белыми ирисами, и оглянулся в поисках Окику. Раздвижная дверь оказалась слегка отодвинута, так что в комнату проникало немного пара. Окику сидела рядом с источником, на ее теперь человеческом лице застыло задумчивое выражение. Она никогда не говорила об этом, но подозреваю, что ей нравятся такие поездки. Я читал, что в прежние времена горячие источники считались чем-то вроде роскоши и служанкам не позволялось их посещать.

– Здесь хорошо, – проговорила Окику, глядя на мелкую рябь, покрывающую темные воды.

– Очень, – согласился я, а затем, поколебавшись, спросил: – Ты все еще сердишься на меня, Ки?

Она тщательно обдумывает вопрос, пока не поворачивается ко мне с легкой улыбкой на розовых губках-бантиках.

– Это неважно, – ответила Окику и, отвернувшись, продолжила рассматривать струящийся в сгущающейся темноте пар.

До того как переехать в Яманаси и открыть гостиницу, тетушка Кагуры была известным в Осаке шеф-поваром. И поданный нам ужин служил доказательством ее мастерства. Она невероятно хороша в кайсэки-рери[22], каждое блюдо искусно приготовлено и тщательно отобрано, чтобы дополнить меню и стоящее на дворе время года.

На первое подали тушенного в имбирном маринаде карпа с икрой лосося, черной фасолью в сладком соусе и креветками, запеченными в ламинарии. Затем – лангусты в клецках и яичные рулетики с кусочками гинкго на гарнир. Я гордился как собой, так и Келли. Мы не набросились на еду, не принялись поглощать ее, как голодные варвары, какими могут быть иностранцы вроде нас.

К подаче второго блюда – тушеные овощи с кусочками тофу и рисовые шарики в густом супе на основе дайкона[23] – стало ясно, что тетушка не желает говорить о Кагуре. Одного моего взгляда