Ловушка шелкопряда - Рин Чупеко

хранит эту тайну. Никому не удалось составить карту этих извилистых лесов, и даже вооружившиеся самыми точными компасами и лучшим оборудованием в конце концов сбивались с пути.

С годами Аокигахара стал известен как место, куда люди приходят в состоянии отчаяния, и я верю, что деревня Айтоу и ее лидер, спрятанные где-то в густых зарослях, не помогают предотвратить эти мрачные смерти.

– Кажется, Кагура-тян одолжила еще одну тетрадь кому-то из американцев, – сообщила тетушка. – Насколько я помню, дневник. Возможно, он все еще лежит в его комнате.

– Странно, – заметила Келли, которая достала из сундука новую тетрадь. – В этой, кажется, ничего не написано.

Она оказалась права. Тетрадь выглядела такой же старой и выцветшей, но ее пожелтевшие страницы были пусты, в то время как остальные были исписаны корявыми японскими иероглифами.

– Ну, – пропыхтел я, пытаясь поднять со дна сундука тяжелую книгу. – Зато эта, похоже, заполнена от и до. Давай меняться.

– Ну уж нет. – Келли перелистнула несколько страниц тетради и удивленно моргнула. – Подождите-ка. Здесь что-то есть. – Она повернула страницу к нам, показывая всего лишь несколько строк.

Сая перевела их дрожащим голосом:

Чтобы жить вечно, нужно управлять вратами.

Чтобы жить вечно, нужно принести в жертву восьмерых.

Чтобы закрыть врата, семеро должны страдать.

Чтобы управлять вратами, восьмой должен принести жертву добровольно.

Мико задрожала, когда отложила тетрадь и указала на рисунок на одной из страниц:

– Это символ тории – традиционных японских ворот, которые отмечают вход в священное место. Но именно этот знак другой.

Мы с Келли переглянулись.

– Что значит «другой»? – уточнила моя кузина.

У Саи задрожали губы.

– Он нарисован вверх ногами. Так обозначают врата ада.

8. Дневник

Я взял с собой в комнату бо́льшую часть заметок Кагуры. Тетя попыталась меня отговорить, опасаясь, что из-за них я не смогу нормально выспаться, но мне все же удалось настоять на своем. На этих страницах точно притаилась какая-то подсказка, что-то, что поможет мне найти Кагуру или, по крайней мере, позволит узнать, чего ожидать завтра в Аокигахаре.

Любопытство, возможно, и сгубило кошку, но человек не лишается его после того, как становится призраком. Я чувствовал интерес Окику, когда ввалился в комнату с охапкой тетрадей и чаем, который приготовила для меня тетушка.

Окику пролистывала записи, пока я устраивался поудобнее. Кажется, в исследовании нет определенной хронологии или организации. В какой-то момент Кагура писала о традиционных бумажных куклах и их значении для местной культуры, а в следующий – об организованных браках. Если такое исследование оставил после себя Кадзухико, то возникал вопрос, насколько здравомыслящим он вообще был.

Тем не менее, несмотря на то что темы заметок не вязались друг с другом, в них содержалось много информации. Так я выяснил, что традиционные бумажные куклы были распространены в сельской местности, а не в шумных мегаполисах, потому что их было дешевле изготавливать.

Свадебные куклы использовались для представления девушек во время свадебных церемоний, – писала Кагура. – Хотя такая практика считается довольно редкой. Однако в деревне Айтоу они всегда использовались для ритуальных свадеб. Никто из жителей деревни, включая родителей брачующихся, не присутствовал на этих церемониях. Среди приглашенных были лишь каннуси[26] и его помощники.

Я наклонился вперед, желая узнать больше об Айтоу, но вскоре моя надежда угасла. Я переворачивал страницу за страницей, но не встречал ни одного упоминания деревни. Вместо этого я наткнулся на большой раздел, посвященный приготовлению и использованию белладонны.

Потеряв интерес после прочтения длинных отрывков, состоящих из медицинских определений и малопонятных научных терминов, я бегло просмотрел оставшийся текст. Сразу за этим следовал еще более утомительный трактат о разведении шелкопрядов.

Я уже был готов сдаться, когда нашел записку Кагуры, адресованную одному из американских охотников за привидениями.

Я прошу прощения за отсутствие связности на этих страницах, но мой отец, похоже, считал эти детали важными для его исследования. У меня есть все его записи, но я не могу определить, какие источники он использовал для описания Айтоу. Как и любые другие источники, что странно.

Мне были переданы и остальные документы, такие как красный пергамент, в котором должна содержаться более интересная для вас информация. Не знаю, где мой отец его нашел, но он исписан не его почерком и кажется куда более древним.

От двух других книг будет больше пользы. «Книга неестественных изменений» довольно сложна для прочтения, поэтому я перевела лишь те отрывки, которые выделил мой отец. Я помню, он был очень взволнован, когда принес эту книгу домой. Он обнаружил ее в старом храме, который вот-вот должны были снести. Тогда мой отец сказал, что она помогла ему разгадать «проклятие Айтоу». Он никогда не вдавался в подробности, а я теперь жалею, что тогда не расспросила его.

Я перевела все отрывки так хорошо, как только могла, но кое-что все же было утрачено при переводе.

Вторая книга – дневник девушки – самая ценная вещь.

Я по-прежнему настаиваю на том, чтобы вы взяли с собой несколько деревянных кольев, которые я вам дала. Они были вырезаны из упавших веток дерева в храме Чинсей, который мы считаем священным. Если во время поисков Айтоу мы столкнемся с чем-то неприятным, они, как и офуды, защитят вас.

Кагура рассказывала мне, что такое офуда. Это длинная полоса ткани, сделанной из сухой конопли. Как правило, на ней пишут обращение к божеству или просьбу о покровительстве храма – в нашем случае Чинсей, самого могущественного из мне известных. Офуды часто используют для отпугивания призраков, вот почему у меня не было причин прибегать к их помощи. Прежде всего это не понравилось бы Окику.

Но красный пергамент? Я просмотрел остальные страницы, но, похоже, ни один из переводов не относится к этому документу.

Окику парит надо мной, предпочитая просматривать все сразу, а не выделять какую-то конкретную запись. Без особого энтузиазма я пролистал «Книгу неестественных изменений», но от ее содержимого у меня начала болеть голова, поэтому я вернулся к заметкам Кагуры. Радует то, что все они довольно короткие. Большинство расшифрованных отрывков взяты из главы под названием «О методах проведения малоизвестных церемоний» и занимают не более пары страниц.

Восемь – число с бесконечным потенциалом. Следовательно, исполнение восьми ритуалов подряд обеспечивает наибольшую силу и наибольшие шансы на успех. Для открытия врат ада требуется восемь ритуалов.