Ловушка шелкопряда - Рин Чупеко

без самодовольства я предъявил мико две ханайоме нинге. Кагура выглядела удивленной, но довольной. Я быстро рассказал обо всем, что произошло, начиная с того, как мы с Келли нашли оставленные ей записи, и заканчивая моими приключениями в Айтоу.

Кагура хмурится, когда я упоминаю о пожилой женщине и ученом в эбоси, и просит более подробно описать последнего.

– Он мог быть одним из тех, кто помогал каннуси проводить церемонии, – предполагает она.

– Кем бы ни был этот старик, похоже, он хочет помочь.

– Надеюсь. Я уже изгнала двух невест. – Она открыла сумку и показала мне еще двух кукол с такими же темными глазами-бусинками, что и те, которых нашел я. – Нарико Конно и Кита Моримото. – После этого Кагура поднимает еще одну. – Я нашла куклу Юкико Утиямы, но, как ты уже успел заметить, ее дух поймать немного сложнее. Включая Юкико, остается всего три. – Она замолчала. – Как долго я уже считаюсь пропавшей?

– Две недели, плюс-минус. Твоя тетушка ужасно волнуется, и тебя разыскивают всевозможные телевизионные репортеры и поисковики.

– Они разыскивают команду «Охоты на призраков», – поправила Кагура с печальной улыбкой. – Мне следовало довериться своим инстинктам и не показывать им исследование отца.

– Думаю, они нашли бы другой способ и без твоей помощи. Они ведь не… мертвы, правда?

– Не знаю. Мы собирались зайти в храм, но он оказался заколочен. Поэтому я привела их в дом рядом с тем, что принадлежал семье Конно, и велела не выходить на улицу без моего разрешения. Это было самое прочное строение из оставшихся. Я защитила комнату, как могла, но, когда вернулась, внутри никого не было. – Кагура провела рукой по волосам. – Это я во всем виновата. Их безопасность – моя ответственность…

– Ты ответственна лишь за то, что предоставила им информацию об Айтоу, – перебил я. – Они взрослые люди, которые гоняются за призраками. Они знали, во что ввязываются. В любом случае я нашел одного из них – Алана Джорджа. Я забрал у него карту и оставил его в одном из домов вместе с офудами, что у меня были. Он довольно сильно пострадал.

– То, что он жив, утешает. У меня не получилось найти остальных. О, Тарк, хотелось бы мне, чтобы тебя здесь не было!

– Не волнуйся об этом, Кагура, – сказал я со всей уверенностью, на которую был способен. – Я сам решил прийти. Должен признать, пока что путешествие развивается так себе. Думаю, я сыт по горло видами, которые предлагает Аокигахара. Что будем делать дальше?

– Мне нужно рассказать тебе все, что я знаю об Айтоу. Мой отец пропал в Аокигахаре, Тарк. Боюсь, он знал больше, чем говорил, и нашел свою смерть в этой деревне. И о ритуале ему было известно больше, чем я думала. Это так на него похоже – хранить секреты, особенно те, что могли обеспокоить меня или маму.

– Я видел старые фотографии в твоей комнате. Вы очень похожи.

– Спасибо. Он не любил фотографироваться, но это все, что у меня от него осталось. – Она слабо улыбнулась. – Он всегда носил на шее маленькую магатаму. Кто-то очень важный подарил ее, когда он еще был ребенком. Отец верил, что она защищает его от духов. Ты прочитал старый пергамент, который лежал у меня в сундуке?

– Я помню, что вычитал что-то из красного, но написанное больше напоминало загадку, чем что-либо дельное.

– Думаю, это доказательство. Доказательство того, что ему удалось побывать в Айтоу и выжить. Он так и не объяснил, как вообще нашел деревню, но, уверена, он хотел собрать побольше улик во время последней поездки. Только вот, – по лицу Кагуры пробежала тень, – ближе к концу он был настолько одержим поисками Айтоу, желанием доказать собственную правоту, что не всегда принимал правильные решения. Боюсь, он поплатился за это. Я не собираюсь идти по его стопам. Наш единственный выход – это найти других невест-призраков и позаботиться о том, чтобы они упокоились с миром. А для этого нам нужно попасть в храм.

– Но он заколочен.

– Это всего лишь фасад, настоящий храм находится под землей. Под некоторыми домами расположены туннели. Подозреваю, жрецы использовали их, чтобы незаметно для остальных проникать в зал для церемоний. В записях моего отца говорилось, что эти пещеры существовали задолго до появления деревни, которая была построена с учетом того, что находилось внизу. – Кагура стала невероятно серьезной. – И где-то внутри этих пещер спрятаны врата ада.

– Пожалуйста, скажи, что нам не нужно туда идти.

Если это в моих силах, я предпочел бы не отправляться в место, в названии которого фигурирует слово «ад».

– Мы должны, если хотим найти храм. Ты прочитал все мои заметки?

– Все, что смог найти. Я прочитал дневник, все о ритуалах и странные пергаменты, которые сохранил твой отец. – Я хмурюсь. – Хотя я не знал, что храм находится под землей, как и о других ритуалах, упомянутых в его исследованиях. Почему дом Хироси Микаге не отмечен на карте, которую ты дала команде «Охоты на призраков»? В конце концов, он же жрец. Я думал, что твой отец сначала захочет найти его дом.

– Я и сама не знаю, где он. В отчетах моего отца об этом ни слова.

– Возможно ли, что Хироси Микаге и есть каннуси, Кагура? О верховном жреце не так много информации, а поскольку он управлял церемониями и находился во главе, – скорее всего, он во всем и виноват.

Кагура задумывается над моими словами.

– Это имеет смысл. Каннуси, должно быть, наблюдал за всеми ритуалами, что проводились в деревне, и это делало его самым важным человеком в Айтоу.

– И ритуал должен был проводиться под землей?

– Да. Место, где начались ритуалы, также обязано стать и местом, где их нужно завершить. Ты сказал, что нашел один из туннелей.

– Да, но некоторые его части обвалились. Тропинка, по которой я шел, вела из дома семьи Кунаи в тот, что располагался слева от этого.

Кагура кивнула.

– Думаю, это дом Кадзивара. В записях отца говорится, что Кадзивара принимали активное участие в церемониях и ритуалах. Это объясняет, почему в их доме был подземный ход, ведущий в храм.

– Стоило бы догадаться, – простонал я. – Давай покончим с этим.

– Предлагаю начать отсюда. Не знаю, как ты, но я хотела бы избавиться от этого призрака, прежде чем мы предпримем что-то еще. Вот уже некоторое время я пытаюсь выследить ее, но она довольно умна… и сильнее других.

– Уж мне не рассказывай. Она стала первым призраком, на которого я нарвался. И встретила она меня с распростертыми, покрытыми