Место под солнцем - Полина Дашкова

– Может, ты от меня позвонишь? – предложил Паша. – До моегодома два шага.

– Хорошо, – секунду подумав, кивнула Катя. – Ты на машине?

– Пешком. Когда твоя Жанночка позвонила, я решил, что пешкомбудет быстрее. И оказался здесь минут на двадцать раньше тебя. Она волноваласьи так тараторила, что я ничего не сумел понять. Тебя что, правда шантажируют?

– Да, похоже на то.

– Это имеет отношение к убийству твоего мужа?

– Пока не знаю.

Они сели в Катину машину и через пять минут оказались устарого дома на Бронной. Катя первым делом кинулась к телефону. На этот разбыли длинные, редкие гудки. Но трубку все-таки взяли. Очень низкий, сиплыйженский голос произнес:

– Слушаю.

– Здравствуйте, можно попросить Эллу Петрову.

– Я у телефона.

– Элла, еще раз здравствуйте. Меня зовут Катя Орлова. Вы,возможно, меня помните.

– Помню, – ответила женщина без всяких эмоций.

– Скажите, пожалуйста, как мне найти Свету?

– Откуда я знаю? – сердито буркнула Элла.

– Но она живет с вами? Или у нее другой телефон?

– А где ж ей еще, поганке, жить? Шляется ночами, передо мнойне отчитывается.

– То есть она не ночевала дома? – уточнила Катя. – А когдавы ее видели последний раз?

– Век бы ее не видать, мерзавку такую, – последоваламатерная брань.

Катя вдруг поняла, что ее собеседница пьяна и толку недобьешься. Однако не сдавалась. Дослушав тираду до конца, она спросила:

– Скажите, а как вообще у нее дела? Чем она занимается?

– На «Динамо» торгует. Слушай, а тебе зачем моя Светка? –Голос собеседницы зазвучал подозрительно и враждебно.

– Она просила помочь ей заработать, – стала сочинять на ходуКатя, – я договорилась в театре, в костюмерной мастерской. У нас сейчас хорошо платят.Мы условились встретиться сегодня, но она не пришла. Мне надо обязательно ееразыскать, очень срочно. В мастерской держат для нее место, а желающих много.

– Хорошо платят, говоришь? А что за работа? – деловитопоинтересовалась Элла.

– Работа совсем несложная. Полтора миллиона в месяц. Плюспочасовая оплата за сверхурочные.

– Слушай, а меня нельзя туда к вам пристроить?

– Мы потом это обсудим. Скажите, может, вы знаете телефоныкого-то из ее друзей? У кого она могла остаться ночевать?

– Ничего я не знаю. Живет здесь как в гостинице. Приходит иуходит когда вздумается, мне не докладывает.

– Ну хорошо, – вздохнула Катя, – а на рынке она сегоднядолжна торговать?

– Вроде да. Сегодня выходной, там самое горячее Время.

– Чем она торгует, не знаете?

– Обувью.

– Спасибо вам большое. Если вдруг Света появится, передайтеей, пожалуйста, что звонила Катя Орлова. Мой телефон она знает.

Положив трубку, Катя несколько секунд молчала, уставившись встену. Павел подошел, присел перед ней на корточки, взял ее руки в ладони. Рукибыли совсем ледяные. Он прижал их к своим щекам и тихо спросил:

– Тебе холодно?

– Нет, – Катя покачала головой, – мне не холодно. Просто,когда я нервничаю, меня всегда знобит.

– Я сварю кофе, как ты любишь, с гвоздикой. И мы спокойновсе обсудим. Хорошо?

– Хорошо… Надо Жанночке позвонить.

– Обязательно. Она очень за тебя переживает. Да, онапросила, чтобы я тебе ничего не говорил о ее звонке. Сказала, мол, вы простопонаблюдайте со стороны, на всякий случай. Мало ли что? Все-таки шантаж, и бабатакая злобная. Страшно, если ты с ней останешься наедине, даже на улице.

– Спасибо, что пришел, – сказала Катя как можно спокойней ихолодней. Он ничего не ответил. Жанночка взяла трубку моментально.

– Ну что? Она явилась?

– Нет. Я пытаюсь ее разыскать.

– Как? Ты же ничего не знаешь про нее! Где ты? Приезжайдомой. У нас Маргоша, и твоя мама звонила, что приедет попозже, к вечеру,помогать мне со стряпней. Слушай, приходили придурки с телевидения. Помнишь,тот, с молодежного канала, с хвостиком? Прямо в дверь позвонил, представляешь?И оператор у него за спиной стоял. Главное, сказал, гаденыш, что сосед изсороковой квартиры. Я открыла. Думала, если не сумею выгнать, вызову милицию.

– Выгнала?

– А как же! С лестницы спустила!

– Молодец. Ты что-нибудь успела рассказать Маргоше?

– Нет еще.

– Ничего не рассказывай. Вообще никому ничего.

– Почему? – удивилась Жанночка.

– Чем меньше знает народу, тем лучше. Ты обещаешь?

– Обещаю, – Жанночка, тяжело вздохнула, – а ты сейчас… – Я уПаши Дубровина. Только вслух не повторяй, пожалуйста. Вернусь часам к пяти.Маме и Маргоше скажи, что не знаешь, куда я поехала. Вернусь – расскажу. Все,целую.

Катя положила трубку и услышала, как гудит кофемолка накухне.

"Глеб еще не похоронен, а я уже здесь. Паша Дубровинсейчас сварит мой любимый кофе. С гвоздикой. Он даже это помнит. Он знает обомне почти все. Каждую мелочь, каждую привычку. В прихожей стоят новенькиетапочки моего размера. Как там, в «Гамлете»? «…И башмаков не износив, в которыхшла за гробом…»

Господи, какая ерунда лезет в голову! Я вляпалась в гадкую,темную историю. Мне страшно. Одна я не справлюсь. Кроме Паши Дубровина, мне нес кем даже посоветоваться. Мама с папой запаникуют, папа станет трезвонитьзнакомым из МВД и прокуратуры. Суеты будет много, а опасность останется.Господи, сделай так, чтобы с этой дурехой Светой Петровой ничего не случилось!Однако почему я так уверена, что звонила именно она?"

– Почему ты так уверена, что тебя шантажировала именно этаженщина? – спросил Паша, входя в комнату с подносом.

Катя вздрогнула. Он как будто прочитал ее мысли, да ещечерез стенку. Нет, просто он думал о том же, пока варил кофе. Значит, Жанночкаему все не так бестолково изложила. Суть он понял.

– Я не совсем уверена, – призналась Катя, – просто нет покадругих кандидатур. И потом – «сушеная Жизель»… Так меня за всю жизнь называлтолько один человек. Давно, в юности. Пока я ждала на лавочке, вспомнила кто.Света Петрова.