Наемник - Алекс Гор

связь и скажете всё, что положено. Чипы при вас, тело — у них. Всё как договаривались. Понятно?

— А если я откажусь?

— Тогда я начну выбрасывать ваших людей в шлюз. По одному. Каждые пять минут. — Мадек улыбнулся. — Знаете, что такое гирлянда? Вижу, что нет. Так вот, чтобы не засорять пространство, мы привязываем тела веревкой, чтобы трупы не разлетались по округе. Выглядит феерично. Начну, пожалуй, с капитана «Верного». Он мне не нравится.

Кейн промолчал. Ответ был очевиден, поэтому он просто кивнул, соглашаясь.

— Вот и славно. — Мадек повернулся к своему старпому — сухощавому, жилистому разумному неопределённой расы, с зеленоватой чешуйчатой кожей и холодными жёлтыми глазами. — Готовь бот.

* * *

Странный это был заказ. Глава пиратского клана понял это ещё тогда, когда посредник впервые назвал ему имя заказчика. Граф Валдис Ар-Хейм. Наследник богатого рода, который отправлял собственного поверенного на выкупать тело собственного отца — и одновременно платил пиратам за то, чтобы этот корабль захватили. Чтобы обмен состоялся, а продавцы после него не прожили и часа.

Мадек долго думал над этим, а потом решил, что всё понимает. Граф не мог заплатить, но не хотел оставлять в живых наёмников, которые знали, как погиб его отец, и которые могли когда-нибудь распространить эту информацию. И наследник очень не хотел, чтобы хоть одна живая душа — включая его собственного поверенного — знала, что он к этому причастен. Пусть потом все говорят о пиратах. Пираты для того и существуют. Аристократы. Мадек повидал их достаточно, чтобы ничему не удивляться. Тем более что платили они хорошо. А чипы, предназначенные гахарцам, по условиям договора оставались у него в качестве премии — по мнению главаря клана прекрасная работенка.

План был прост.

Гахарцы прилетают. «Орунару» выходит на связь, мэтр Кейн подтверждает сделку. Дальше — встречная передача, стандартная практика, чтобы покупатель не мог захватить продавца, а продавец — покупателя. Два беспилотных бота одновременно уходят навстречу друг другу. Гахарский — со стазис-камерами, а бот с «Орунару» — с контейнером анонимных банковских чипов. Каждая сторона принимает чужой бот, проверяет груз. Сделка закрыта.

Только вот чипов в контейнере не будет.

Будут мобильные реакторы. Шесть штук. Перекоммутированные в один контур, с отключёнными предохранителями и датчиком давления вместо таймера. Когда бот окажется внутри гахарского крейсера и аппарель шлюза откроется, то давление неизбежно изменится, после чего реакторы пойдут вразнос. К этому времени их бот уже будет в ангаре «Орунару», а стазис-камера с телом графа — в руках Мадека. Обмен состоится. Ровно так, как хотел Валдис.

А дальше — то, за что заказчик, собственно говоря, и платил. Взрыв выжжет или повредит летную палубу и всё, что рядом с ней, возможно ударит по силовым магистралям, по реакторам, и старый крейсер превратится в беспомощную, дрейфующую мишень. Потом — абордаж. Параллельно навалиться всей массой и уничтожить двух его мелких сопровождающих. Работы на несколько часов.

Ну а если что-то пойдёт не так — если гахарцы окажутся слишком подозрительными, если откажутся принимать бот, если начнут стрелять первыми, — на этот случай у Орвальда имелось девять кораблей. Семь из них уже снова скрылись под маскировочными полями среди обломков пояса, рассредоточившись так, чтобы перекрыть все возможные векторы отхода. Ещё два — «Гарпия», флагман Мадека, бывший имперский эсминец, переделанный и перевооружённый до неузнаваемости, и тяжёлый рейдер «Костолом» — висели под полями маскировки в тени «Орунару» и «Верного», которых немного сдвинули поближе друг к другу, прикрытые их сигнатурами.

Десять кораблей — трофейный старый корвет тоже мог оказать поддержку, если понадобиться, но лучше пока его не трогать, против трёх. Даже если гахарцы сразу поймут, что их ждёт, — шансов у них не будет. Оставалось только дождаться.

Наемники не пришли ни через сутки, ни через двое.

Мадек, поначалу спокойный и уверенный, к концу этого срока начал немного нервничать. Он мерил шагами мостик «Гарпии», куда перебрался после окончания перегруппировки, раз за разом запрашивал у искина данные о гиперпространственных возмущениях, срывался на подчинённых. Кейн, сидевший в углу мостика, молча наблюдал за этим и впервые за много дней чувствовал что-то похожее на надежду.

Может быть, гахарцы что-то заподозрили. Может быть, не придут вовсе и тогда есть шанс, что их отпустят, просто ограбив.

Мужчина не знал, что в это самое время, далеко от Гушем-Жжат, в пустой, ничем не примечательной системе на краю сектора, три гахарских корабля выходили из гипера, разворачивались, ложились на новый курс и снова уходили в прыжок. В другую сторону. В никуда.

Это была идея Дугата, на которого в очередной раз напала паранойя, но так как он частенько оказывался прав в подобных вопросах, то он смог убедить главу клана немного попетлять, сбивая возможных соглядатаев со следа. Эти маневры приводили к тому, что срок их прибытия откладывался, но повышалась безопасность сделки.

* * *

Командор Рей Таллан, начальник оперативной группы службы безопасности корпорации «Уноарм», не любил Фронтир.

Он не любил его запах — запах дешёвого пойла, безысходности и крови, въевшийся в обшивку каждой станции, в каждый причальный док, в каждое лицо местных заправил. Не любил его законы — точнее, их отсутствие. Не любил его жителей — грязных, наглых, вечно голодных, готовых продать что угодно и кого угодно за сотню кредитов. Он был офицером, выпускником одной из лучших военных академий Империи, двадцать лет прослужившим во флоте, прежде чем корпорация предложила ему втрое больше за ту же самую, по сути, работу. Порядок, дисциплина, иерархия — вот что он ценил. Здесь не было ни того, ни другого, ни третьего.

Но приказ есть приказ. Директор хотела получить данные с «Утробы» — все, до последнего байта. И таким образом, чтобы никто из тех, кто побывал на научной станции, не прожил достаточно долго, чтобы о ней рассказать. Если же на борту гахарцев окажется хоть что-то, вывезенное оттуда, — заражённые, образцы, что угодно, — это следовало либо изъять и доставить в изолированном контейнере, либо уничтожить вместе с кораблём. Всё остальное не имело значения.

Его оперативная группа — тяжёлый эскортный крейсер «Арбитраж» длиной почти полтора километра, два легких крейсера класса «Муран», судно разведки «Стратус» с самой мощной аппаратурой обнаружения, которую только можно было приобрести, и фрегат «Стилет» — лучшие корабли службы безопасности корпорации в этом секторе, — вышла из гипера на окраине системы Гушем-Жжат почти через двое суток после того, как пираты Мадека захватили посланцев Валдиса. Путь