Наемник - Алекс Гор

— сказал он ровно. — Приоритет — эсминец. Потом — вон тот грузовоз, он мне не нравится, задницей чувствую, что он может преподнести сюрприз. Мелочь — на «Стилет», парни справятся. «Ромус», «Такос» — в стороны, оттягивайте на себя тех, кто идет со стороны мусора.

* * *

Космический бой — это совсем не то, что показывают в имперских голофильмах, созданных фантазией дилетантов с помощью искинов.

Нет ни рёва двигателей, ни грохота взрывов, ни свиста пролетающих снарядов. Есть только тишина. Абсолютная, бесконечная тишина бездны, в которой беззвучно расцветают огненные шары, беззвучно ломаются пополам корабли, беззвучно разлетаются по сторонам обломки, тела, куски обшивки. Есть только данные на экранах, мигающие метки, сухие голоса докладов в канале связи. Есть только точный расчёт, скорость реакции и мощность орудий. И смерть. Много смерти.

«Арбитраж» был великолепным кораблём. Тяжёлый эскортный крейсер новейшей постройки, с многослойными щитами, композитной бронёй последнего поколения и главным калибром, способным на равных тягаться с линкорами. Его экипаж — отборные специалисты, отобранные по всему Содружеству для службы безопасности корпорации — работал безупречно, как квантовые часы. Первые десять минут боя он вёл себя так, будто стрелял на обычных тренировках.

«Падальщик» погиб на третьей минуте: два залпа главного калибра, и рейдер превратился в разлетающееся облако обломков. Один из лёгких корветов — на пятой: вспомогательные батареи «Арбитража» поймали его на развороте, когда щиты на корме были ослаблены, и прожгли буквально насквозь. «Шрам», бывший имперский фрегат, на который обычно возлагалась функция флангового удара, продержался чуть дольше — его броня была толще, а капитан опытнее, — но на восьмой минуте и он получил прямое попадание в двигательный отсек и, беспомощно кувыркаясь, поплыл прочь от поля боя, теряя атмосферу и выбрасывая в пустоту маленькие, кувыркающиеся фигурки тех, кому не повезло оказаться у пробоин. Его оставшийся в живых экипаж принял единственное правильное решение — отступить, но периодически все-таки пытался огрызаться, отправляя в космос килотонны энергии, сфокусированной в виде закапсулированных плазмоидов.

Однако пираты не были дураками. И уж трусами их точно нельзя было назвать. Они знали, что не смогут победить такого противника как флагман корпорантов в лоб. Знали, что его щиты слишком мощные, броня — слишком толстая, а орудия — слишком дальнобойные. Поэтому они не стали драться с ним в лоб. На любой войне главное маневры. Мадек сразу же понял, что победить сможет только если сначала разберется с более мелкими противниками, поэтому, когда ему выдали список целей для торпедной атаки, он сразу же назначил приоритетными мишенями оба легких крейсера, которые, видимо, намеревались уничтожить «Бродягу» и их кормовые части в данный момент были максимально уязвимы, с каждого борта «Гарпии» открылись створки торпедных аппаратов и выпустили из своего чрева по четыре гостинца, добытые после одного очень удачного рейда. Миниатюрные одноразовые гипердвигатели сработали штатно, несмотря на весьма почтенный возраст этих экземпляров, и спустя всего несколько десятков секунд взорвались, повредив главные двигательные установки и практически полностью лишив «Ромуса» и «Такоса» хода. Они еще могли вести бой, но маневрировать, увы, способность потеряли, это дало возможность пиратам усилить натиск. Мадек тем временем сменил курс, уводя флагман в область нижней полусферы «Арбитража» — там ожидаемо имелось меньше орудий и помогало исключить применение главного калибра. К тому же, как ни крути, а масса «Гарпии» позволяла ей увереннее ускоряться, и как только модернизированный эсминец нырнул под нижнюю часть крейсера, то открыл огонь из всех орудий, просаживая щиты. Только вот и Рей разгадал задумку и начал вводить свой корабль в штопор, правда чуть медленнее, чем следовало. Но не «Арбитраж» являлся главной целью Мадека, а фрегат, на которого он буквально вылетел, разминувшись с флагманом, и тут же открыл ураганный огонь по гораздо более легкому противнику. Космос вскипел от количества зарядов, и защита «Стилета» не смогла переварить эту порцию. Фрегат пытался ускользнуть, но спустя сорок секунд шквального огня превратился в маленькое солнце, потому что один из пиратских гостинцев пробил защиту и разорвался в районе энергетического отсека.

Таллан лишь скривился, осознав потерю корабля, но его крейсер уже заканчивал боевой разворот, когда переделанный рудовоз, который ему так не нравился, исторгнул из себя рой ракет, которые понеслись в сторону его легких крейсеров поддержки, потерявших ход. Системы ПРО, состоящие из целого комплекса миниатюрных ракет-перехватчиков и лазерных турелей, тут же принялись выкашивать вражеские снаряды, однако они были не всесильны, тем более когда количество ракет, обрушившихся на них, превышало все допустимые пределы. Щиты начали вспыхивать от попаданий, но держались, однако долго так продолжаться не могло, тем более «Жало» и пиратский корвет «Секач» набросились на «Ромуса», а второй оставшийся в строю корвет — «Ранер», взялся за «Такоса», пока в нижней части «Бродяги» пришли в движение массивные сдвижные створки еще одного сюрприза. Старое, списанное сто циклов назад, но от этого не менее смертоносное орудие с арварского линкора оживало и начинало готовиться к единственному выстрелу, на большее рассчитывать было нельзя. Капитан «Такоса», умудрившийся каким-то чудом практически отбить ракетную атаку с минимальными потерями, был уверен, что сможет справиться с тем, кто позарился на него. Тем более, что скоро должны были доложить о готовности к запуску одного из главных двигателей — ему не так сильно досталось и техники обещали поставить его в строй. Однако, пираты оказались удачливее и, наверное, более подготовленными к таким вот свалкам, потому что «Бродяга» выстрелил. Гигантский плазмоид вылетел в сторону легкого крейсера, который никак не мог от него увернуться. В момент, когда заряд соприкоснулся с корпусом «Такоса», космос ярко осветился от мощной вспышки, а почти половина корабля корпорантов оказалась превращена в искореженные металлические конструкции, разлетающиеся во все стороны. Сотни пиратских глоток дружно заревели в этот момент, празднуя успех, однако бой еще только начинался, и «Ранер» подключился к атаке на второй легкий крейсер.

После гибели «Такоса», Таллан зарычал и понял, что в этом бою он может и не выиграть, однако гордость не позволила ему попытаться ретироваться, бросив тех, кого он сюда привел, тем более, что его массивный корабль еще не получил ни одного повреждения, а почти половина пиратов уже отправилась к демонам бездны, замаливать свои несомненные грехи и еще можно было переломить ход схватки. «Арбитраж» попытался оказать помощь раненому товарищу, щиты которого уже начали пропускать пока еще единичные и не очень критичные попадания, но фортуна в любой момент могла повернуться задом. Несколько выстрелов главного калибра практически снесли щиты рейдера пиратов, когда «Гарпия»,