Ловушка шелкопряда - Рин Чупеко

хотя, думаю, ни одному призраку не под силу передать тот абсолютный ужас, который я слышал.

На земле лежал мужчина, его рубашка была перепачкана кровью и грязью. На лице несколько порезов, а одна нога, похоже, сломана. При виде меня его глаза округлились.

– Помогите! – выдохнул он, испуганно оборачиваясь через плечо.

Мне не нужно знать почему. Ползучий призрак вернулся и теперь стремительно приближался. Я понимал, что самостоятельно мужчине до дома не добраться.

Сорвав офуду, чтобы распахнуть дверь как можно шире, я бросился на помощь. Мужчина был фунтов на тридцать тяжелее меня, так что тащить его оказалось одновременно утомительно и страшно, ведь призрак подбирался все ближе. На мгновение у меня возникло искушение оставить незнакомца на волю судьбы и спасти собственную шкуру. Но призрак издал ужасный щелкающий звук, и каждая мышца в моем теле кричала, чтобы я перестал думать и, черт возьми, затащил мужчину в дом.

Призрак находился всего в нескольких ярдах, когда мы завалились внутрь. Я буквально швырнул беднягу в центр комнаты и захлопнул дверь, хотя от силы удара ширма приоткрылась на пару дюймов. Я вытащил еще одну офуду и прикрепил ее прямо между перегородками за мгновение до того, как в поле зрения возникло мертвенно-белое лицо девушки, которая скалила на меня зубы.

Готовый обмочиться от страха, я замер в ожидании, что офуда не сработает. Мы смотрели друг на друга, и улыбка призрака становилась только шире, словно она наслаждалась игрой, в которую я позволил ей играть. Девушка-призрак вскинула руку и положила ее на ширму-седзи. Однако стоило только Окику появиться у меня за спиной и уставиться на врага таким же неживым взглядом, как улыбка девушки увяла. В конце концов призрак отступил, но не только из-за Окику. Она скосила затуманенные глаза куда-то влево и яростно зарычала, прежде чем исчезла в тумане. Но не раньше, чем я успел разглядеть ее окровавленное зеленое кимоно.

При виде одеяния призрака кровь застыла у меня в жилах. На кимоно были изображены журавли – как там их описала в дневнике девушка? – «выглядывающие из-за бамбуковых и сливовых деревьев».

В дверном проеме показался другой призрак, со склоненной набок головой и волосами, что, к счастью, закрывали лицо и избавили меня от ужасающего зрелища. В отличие от первого, этот не удостоил меня и взглядом. Ее внимание, кажется, было сосредоточено на первом призраке, так что, когда девушка исчезла, я был слишком рад, чтобы задуматься о ее безразличии.

Потрясенный, я осел на пол, прежде чем вспомнить, что со мной в доме раненый мужчина. При ближайшем рассмотрении все оказалось серьезнее, чем я думал. На его груди глубокие красные порезы, один из которых тянется до самой щеки. Насколько я мог судить, от его правой ноги больше не будет никакой пользы. Мне не нужно медицинское образование, чтобы догадаться – ее уже не исцелить. Мужчина издавал хриплые звуки, почти неразборчивые из-за агонии.

В лучшем случае я смогу позаботиться о рваных ранах у него на груди. Я вылил на них немного воды и перевязал глубокие порезы бинтами из аптечки. Мужчина, все еще всхлипывая, потерял сознание. На изорванных остатках рубашки я увидел логотип «Охоты на призраков», и у меня не осталось сомнений, что он – член съемочной группы. Это вселило в меня надежду на то, что Кагура и другие, возможно, тоже выжили, но также и страх, что все они столкнулись с тем же призраком, который так ужасно обошелся с этим парнем.

Окику сидела на вершине небольшой груды обломков и смотрела на мужчину так, будто перед ней была ядовитая змея. Я прогнал подругу, потому что медсестра из нее вышла бы не очень компетентная.

– Вы не умрете, – сказал я мужчине, стараясь, чтобы мои слова прозвучали не слишком мрачно. Я действительно не хотел, чтобы на моей совести оказалась еще одна смерть. К тому же, если я надеялся найти его товарищей живыми, нужно, чтобы он продолжал дышать и рассказал мне обо всем, что случилось.

Через несколько минут мужчина пришел в себя, и я дал ему воды из бутылки. В голову пришла мысль, что в этом месте, похоже, нет чистой питьевой воды, а поскольку мои запасы истощились более чем наполовину, позже нужно будет что-то придумать.

– Ты не призрак, – прошептал мужчина, сделав последний глоток.

Я подавил желание съязвить и вместо этого понизил голос, чтобы звучать успокаивающе.

– Нет, я друг Кагуры. Вы же из команды охотников за призраками? – Ответом мне послужил лишь слабый стон. – Я искал вас. Вам известно, где остальные?

– В храме. Они направились к храму…

– Я был в храме. Он заколочен.

Мужчина попытался покачать головой, но снова застонал от боли. Я подложил ему под спину свернутый футон. У нас не так много одеял, поэтому я рад, что дом достаточно прочный, чтобы не пропускать сквозняки.

– …Другой путь, – с трудом выдохнул мужчина. – Есть другой путь…

– Другой путь в храм? Где он?

– Куклы, – всхлипнул мужчина. – Мисс Кино…

Силы покидают его, и он снова впадает в беспамятство.

Я хмуро смотрю в потолок, словно ожидая, что оттуда на меня обрушится ответ. Затем, порывшись в рюкзаке, достал видеокамеру. От одной мысли об этом видео у меня мурашки бегут по коже, но я не могу заставить себя удалить его из-за абсурдной, извращенной идеи, что в нем все еще может быть полезная информация, которую я упустил.

Я прокручиваю второе видео с интервью Кагуры, пока не добираюсь до нужной части.

– У него была приблизительная карта самой деревни. Не могу поручиться за ее точность, но на некоторых домах были указаны фамилии… Всего их семь, – говорит Кагура. – Считалось, что это семьи семи девушек, которые были принесены в жертву…

Я снова нажал кнопку, но вскоре останавливаю перемотку.

– Если не возражаете, перед тем как мы отправимся в путь, мне хотелось бы сделать копию для каждого члена группы, – говорит на этот раз Гаррик. – Возможно, карта неточная, но это лучшая зацепка, что у нас есть.

Бинго.

Копаться в брюках лежащего без сознания мужчины, когда они все еще на нем, не входит в число моих заветных желаний, но, учитывая, как много поставлено на карту, я пробормотал извинения и начал рыться в карманах с таким рвением, будто от этого зависела моя жизнь. Я нахожу зажигалку, бумажник (в водительских правах указано имя Алан Джордж) и листок бумаги, который я с нетерпением развертываю.

Очень верно подмечено, что карта «приблизительная». На ней