Совок 18 - Вадим Агарев

— Санаторий какой?

— Не говорил. Говорил только, что нарзан там солёный. Как вода в Черном море.

— В Ессентуках, Корнеев, нарзана нет, — ласково сообщил мне дед. — Нарзан в Кисловодске. А в Ессентуках «Ессентуки». Номер четыре и номер семнадцать.

Под мышками у меня сразу стало мокро, как у жениха при росписи в ЗАГСе. Вот она, соль, которой я пересолил свою шнягу.

— Так он и ругался, товарищ генерал-полковник! — не моргнув, подхватил я. — Пил, говорит, двадцать один день не ту воду. Потому, говорит, и язва не прошла. Всю дорогу на врачей жаловался.

— Что он еще тебе рассказывал?

— Как они летом сорок пятого под Потсдамом пианино в эшелон грузили, — вздохнул я. — Четыре штуки. Одно уронили, так он его до сих пор жалеет. А про маршала это он так, к слову. Без злобы. Позавидовал, наверное. Что у кого чемоданы, а у кого вагоны. Уже и не помню, он, может, и не про Жукова даже. Может, он вообще. Про начальство.

Севостьянов смотрел на меня долго. Так долго, что напольные часы в углу успели прокашляться и отбить три четверти.

— Полковник, значит, — раздельно произнёс он. — В отставке. С язвой. Фамилию не назвал. Воду пил не ту и пианино уронил. И сошёл, конечно, ночью, на станции, которую ты проспал. Среди бескрайних полей.

— Так точно. Проспал. Среди полей.

И тут дед засмеялся. Негромко и отрывисто, так кашляют курильщики с довоенным, военным и послевоенным стажем. До этой минуты я ни разу не слышал, как он смеётся, и, по совести говоря, предпочёл бы не слышать и дальше.

— Хорошая история, — отсмеявшись, одобрил он. — Проверить нельзя, опровергнуть тоже. И про воду ты тоже хорошо упомянул. И про пианино.

Он снова придвинул к себе тарелку, зачерпнул ложкой серой овсяной размазни и посмотрел на неё с отвращением.

Сунул в рот, не жуя проглотил и поморщился.

— Никто у маршала ничего не отщипывал, Корнеев. Запомни это! У него изымали. По описи. Четыре тысячи метров ткани, шёлк да парча. Триста двадцать три шкуры. Сорок четыре ковра и гобелена. Пятьдесят пять картин. Семь ящиков одного только фарфора! — Он постучал ложкой по краю тарелки с вензелями. Звук вышел чистый и тонкий. — Этот не оттуда, можешь мне на слово поверить!

Цифры он называл без запинки и без всякого выражения. Так кассирша в сберкассе называет остаток на чужой сберкнижке.

— Маршал за свои вагоны ответил, — продолжал дед, глядя мимо меня в окно, на ёлки. — Еще в сорок восьмом, перед партией. Написал, что виноват, и поехал командовать Уральским округом. А тот, кто его тогда за эти вагоны загнал, ответил позже. В пятьдесят четвёртом, в Ленинграде. Перед расстрельной командой. Так что не тебе, Корнеев, и не полковнику твоему с пианино считать, кто у кого и сколько отщипнул.

— Ладно, садись! — неожиданно разрешил дед и кивнул на ближайший стул. — Раз уж выкрутился. Кашу будешь?

— Никак нет, товарищ генерал-полковник. Не буду.

— И правильно. Дрянь, а не еда. — Он отодвинул тарелку с вензелями на край скатерти. — Давай, выкладывай, что принёс.

Я присел. На самый краешек немецко-фашистского стула. На котором, надо полагать, сиживали задницы и поважнее милицейской. Стул скрипнул. Вполне возможно, что по-немецки, но с достоинством. Я протянул деду свои два листка в клеточку.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта b@searchfloor.org — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Совок-18